— Безымянные боги оставили свое эхо, — Нэйр коснулся губами ее волос, — и истинно верующие жрецы способны соединить с этим эхом свою душу. Они способны творить божественные чудеса, взывать к этому эху и позднее напитывать его силой своего духа. Каждый истинно верующий Верховный становится частью этого эха. А есть грязные мошенники, которые вырывают силу из магов душ. Благодаря этой умерщвлённой магии они могут пользоваться древними артефактами, которые даруют огромную силу.

Он немного помолчал и честно добавил:

— Всего не знают даже в Сантале. Но я вижу и чувствую, что вокруг Верховного клубится та самая изначальная сила, эхо которой гуляет по Первому Храму. Через Верховного это сияние передается и другим жрецам. Но некоторые из них не способны сиять, они похожи на сгустки черно-серого тумана. Думаю, это те, кто не смог найти в своей душе ни крупицы веры. Те, кто пошел по стезе жреца ради выгоды и влияния.

— Неужели мы ничего не можем сделать?

— Декан уверил меня, что Верховный в безопасности, — шепнул Нэйр. — Думаю, они собираются поймать всех разом. Выполоть сорную траву и еще сколько-то десятилетий прожить в тишине и покое.

— Звучит неплохо, — тихо рассмеялась Рианет.

Обнявшись, они пошли по тропинке. Пусть и самая дальняя, а все равно она привела их к общежитию.

Приподнявшись на цыпочки, Рианет коснулась губ Нэйра своими. Он прижал ее к себе и немного углубил поцелуй, после чего немного отстранился и шепнул:

— Почему ты не сказала, что замерзла?

— Но я не замерзла.

— Твои губы как лед.

— Не нравится — не трогай, — возмутилась леди Дельсийе.

И тут же была увлечена в новый поцелуй. Нэйр делом доказал, что ему нравятся ее губы. А после, едва остановившись, он выдохнул:

— Доброй ночи.

— Доброй. — Она с трудом восстановила дыхание. — Завтра все будет хорошо?

— Обязательно, — уверенно произнес он.

До первого тура оставалось совсем немного. И Рианет, поднявшаяся на свой этаж, отчетливо осознала, что ее страхи ушли. Разве может случиться что-то плохое?

«Конечно, нет. — Она улыбнулась и коснулась пальцами чуть припухших губ. — Все дурное уже позади. Даже если проиграем… Что ж, переживем!»

* * *Утром Рианет с удивлением обнаружила, что завтрак подали прямо к дверям комнат. Лишь спустя пару минут она вспомнила об объявлениях, что были розданы пару недель назад: в дни проведения турнира завтракать и ужинать студенты будут в своих комнатах.

— От главных ворот до полигона сделали красивую дорожку, — позёвывая, сообщила Деорис. — С невысоким голубовато-прозрачным ограждением, через которое может перешагнуть лишь студент или преподаватель. Остальные не смогут пройти никуда, кроме полигона!

Рианет лишь кивнула.