— Значит, все к лучшему, — хмыкнула госпожа Брихт. — Я спрашивала карты о тебе и твоей семье, пока вы были в храме. У твоего брата впереди все гладко. Наверное, вы сможете найти общий язык.

— Если захотим, — уточнила Рианет.

Она все чаще думала о том, что они с Нэйром вряд ли будут покидать далекий Санталь. Сколько лет уйдет на то, чтобы познакомиться с княжеством? А на то, чтобы научиться там жить? Будут ли у нее силы, чтобы поддерживать контакты с кем-либо еще, кроме Деорис?

— Он будет скучать по Диное Дельсийе, — уверенно произнесла Рианет, когда тишина стала совсем невыносимой. — Будет винить во всем отца и меня. Мамин сын.

— Думаешь?

— Уверена, — хмыкнула Рианет. — Да я и не против: вероятно, так ему будет легче. И потом, никто ему не запретит навещать родителей. Не удивлюсь, если он переедет к ним.

— У него будет опекун, — напомнила Деорис.

— Это всего на несколько лет, — отозвалась леди Дельсийе. — Неважно. Я, наверное, закончила со всем этим. Хотелось бы, чтобы родители меня любили. Нет? Что ж, я это переживу. Самое главное, что моей вины нет ни в чьей смерти.

— Ты же понимаешь, что если бы их приговорили к казни, то в этом тоже не было бы твоей вины?

Фыркнув, Рианет накрылась одеялом с головой. Все, что сейчас происходит с четой Дельсийе, — это результат их собственных усилий. Закон един для всех, но… Сердце не голова и логику воспринимает с трудом. Рианет все равно никогда не сможет с равнодушием отнестись к смерти своих родителей.

«Зато теперь они на дальнем конце Империи, и больше мы никогда не встретимся», — пообещала сама себе леди Дельсийе и прикрыла глаза.

Сон приходил тяжело. Она ворочалась, вздыхала, скидывала одеяло и подбирала его назад.

Невыносимо.

Усевшись на постели, она решила заварить успокоительных травок и…

За окном танцевали болотные огоньки.

«Я уже сплю, — осознала Рианет. — Это снова тот самый сон».

Где-то далеко послышалось лошадиное ржание. Спину захолодило так, будто она лежит на ледяном камне.

В груди застыл крик.

«Беги, — тихий потусторонний шепот. — Беги, ну же».

Она знала, знала, куда ей нужно.

Нэйр!

«Ты должна понимать, что чувствуют люди, когда теряют что-то ценное…» — голос Динои Дельсийе ввинчивался в уши.

Рианет бежала изо всех сил, но реальность менялась слишком медленно. Когда она добралась до центральной лестницы общежития, во рту уже скопилась кровь.

«Это твоя вина. Ты забрала силу у моего мальчика, а теперь отняла жизнь у ни в чем не повинного жеребенка».

Рианет без сил опустилась на пол. Она пыталась заткнуть уши, но голос звучал изнутри ее собственной головы.

Как и звонкое лошадиное ржание — так Каштан приветствовал свою любимую хозяйку. И только сейчас Рианет с удивлением вспомнила, что он был всего лишь смешным голенастым жеребенком.