Нэйр, сидевший в соседнем кресле, послал ей улыбку:

— Ты украшение нашего факультета.

— Только храм может встать между вами и чудовищем, которое взрастили Санталовы горы, — так же спокойно и почти доброжелательно сказал жрец. — Будем откровенны, в этой комнате находятся сразу два монстра. Два некроса. И один из них явно пытается запутать вас, леди. Вы знаете, чем так опасна магия этих колдунов?

— Я знаю, что между мной и моим будущим супругом не сможет встать никто, — холодно произнесла Рианет. — Я знаю, что здесь находятся два выдающихся мага, один из которых был рекомендован самой Императрицей.

Некросы — это всего лишь сказки, пришедшие к нам из седой древности. Нелепые выдумки, сродни той легенде, что, выпив кровь мага, можно украсть его силу. Вы знаете, сколькие колдуны были осушены? А после появился новый слух, что нужно не только выпить кровь, но и съесть еще бьющееся сердце мага.

— Последнее до сих пор практикуют на окраинах нашей просвещенной Империи, — скучающе обронил Нэйр, — жаль, что никто не спешит это исправить.

Жрец поднялся на ноги.

— Я рад, что эта встреча не была бессмысленной.

Мне жаль, что вы, леди, не будете спасены. Но я благодарен за вашу прямую позицию. Храм учтет это. Прошу следовать за мной, судебный зал уже открыт и ждет лишь нас.

Безымянный монах первым покинул комнату. Следом за ним поднялся декан, но, не спеша выходить, он серьезно посмотрел на Рианет и сказал:

— Я горд быть вашим преподавателем.

Смутившись, леди Дельсийе просто пожала плечами и, встав, приняла руку Нэйра.

— Я люблю тебя, — серьезно шепнул Келберд. — И счастлив быть твоим будущим супругом.

Скулы Рианет загорелись.

Переполнившись гневом, она не слишком-то выбирала слова. А ведь Нэйр еще не сделал ей предложение, но…

— Поспешим, — шепнула она в итоге, — а то заплутаем.

— Храмы строятся по трем типовым чертежам. Я смогу нас вывести, но не хочется гневить богов.

Чуть ускорившись, они быстро нагнали декана и шествовавшего впереди монаха. Им пришлось вновь потревожить прихожан, что показалось Рианет странным.

— Зачем строить храм так, чтобы постоянно ходить через общий молитвенный зал?! — возмутилась леди Дельсийе.

— Потому что первый храм был домом безымянных богов.

И они не хотели пускать никого в свое личное пространство, — сказал Нэйр. — Оттого и монахи, обитающие в разных частях храма, зачастую друг с другом враждуют.

— А со стороны такая красивая картинка, — вздохнула Рианет.

— Храм во многом изменился под руководством нынешнего Верховного. Непонятно только, что с ним приключилось, — сказал декан, сбавивший шаг, чтобы оказаться наравне со своими студентами. — Год назад мы пили медовуху, а сейчас вдруг вылезли какие-то «десятилетние проблемы».