Для надежности потрогала ее рукой — твердая, шершавая, местами подозрительно липкая, видать в подвал какой-то занесло.

Ну и ладно. Не думаю, что по ту сторону кто-то опечалился моим бесславным падением. Всем плевать, а мисс Миола скорее всего еще и пожалела, что я нос себе не расквасила.

Ну что ж, какой облик мне достался? Судя по тому, что я не на четвереньках, и из зада не торчит хвост — участь плешивой кошки меня миновала. Какая-никакая, а все-таки радость.

Посмотрела на свои ручки — пухленькие, с толстыми, короткими пальцами. Прикоснулась к своему лицу — щекастое такое, колышется при каждом движении.

В общем прискорбно, но факт — я толстая, да и росточком, судя по всему, не вышла.

Посмотреться бы в зеркало, чтобы оценить нанесенный урон.

Зеркало в этом странном помещении не нашлось, зато обнаружилась темная, металлическая дверь, покрытая жирным слоем ржавчины, а сразу за ней начиналась узкая лестница наверх. Я начала аккуратно подниматься, стараясь в потемках не зацепиться за выщербленные ступени и не повалиться навзничь.

— И где этот несчастный стажер? — раздался приглушенный голос где-то вдалеке, — сколько можно ждать?

— Да скоро придет, не пенься. Юлианис сказал, что к девяти пришлет.

О, как! Про меня, значит, разговор шел! На радостях припустила быстрее и вскоре добралась до следующей двери, такой же старой и покореженной. В прихлоп пробивался неровный тусклый свет, и маячили размытые тени.

Навалилась на дверь плечом, и она нехотя, со скрипом подалась вперед, пропуская меня вкрохотную комнату, с заколоченными окнами, заваленную старым барахлом и мебелью.

— О! А вот и он! Заходи парень, не стесняйся!

Парень??? Это они мне?

В недоумении оглянулась, вдруг у меня за спиной еще кто-то есть. Никого. Только темная лестница вниз уходила, исчезая во мраке.

Похоже, обращались все-таки ко мне…

* * *Четверо весьма упитанных мужичков сидели кто на чем: на столе, на продавленном диване, из которого местами торчали пружины, на покосившемся стуле.

Сидели и смотрели на меня, а я на них, не понимая, что вообще происходит.

Наконец самый пухлый подошел ближе, подозрительно вглядываясь в мою физиономию.

— Парни, это же девчонка! — воскликнул он секунду спустя.

— Да не может быть!

— Сами смотрите!

Теперь все четверо толкались возле меня, пристально рассматривая, а я не знала куда деваться, хоть обратно в подвал беги.

— Действительно, девчонка, — один из них удивленно почесал затылок, — как тебя занесло к нам, болезненная?

— К вам, это к кому? — спросила, на всякий случай вспоминая, чему меня учил папенька ведьмак на уроках самообороны, и прикидывая кому первому нафеячить в случае чего.

Они переглянулись между собой, а потом один гордо произнес:

— Мы — джины.