— Спасибо, что просветил, — убрала последний альбом и захлопнула ящик так, что стела задрожали.

— Ты мне не веришь? — удивился Нодьд, присмотрелся ко мне, а потом протянул убежденно, — не веришь. Тем хуже для тебя. Неужели он променяет Валлею на обычную фею с нелепыми розовыми крыльями?

В груди давило, но я держалась, не показывала вида, что его слова тупыми ножами в меня впивались.

— Ты и вправду так думала? Если да, то мне тебя жаль. Джер всегда идет к своей цели, в этот раз его путь пролегает через тебя. Как думаешь, почему ты на нас постоянно натыкаешься? Мы за тобой присматриваем, что бы не влезла никуда.

— Мы? — повторила словно эхо. В голове все больше нарастал гул.

— Ну да. Он попросил меня помочь, а я дурак согласился. Даже в город за тобой поперся, пока он своими делами был занят.

Глаза защипало, но я не позволила непрошенным слезам вырваться на волю. С трудом проглотила, ком стоящий поперек горла

— Тебе не чем заняться? — прохрипела, едва дыша, — кроме как доставать меня своими глупостями.

— Глупостями? Пожалуй да, ты права. Есть более интересные занятия, — он бодро поднялся на ноги и пошел к выходу, но у самых дверей остановился, — если не веришь мне — спроси у него. Думаю, он с удовольствием поведает тебе о своих планах. Это проще, чем строить из себя влюбленного юнца."

"Огненный маг ушел, а я осталась одна посреди унылой аудитории, и меня трясло так, что зуб на зуб не попадал.

* * *После слов огненного мага мне показалось, что кто-то погасил цвета вокруг меня. Вмиг все стало серым, безжизненным, размытым.

Еще с утра я летала на крыльях и светилась от счастья, а сегодня с размаху вниз, на острые камни. Вот тебе и сладость первого поцелуя.

Зато теперь все стало на свои места. Я наконец получила ответ на свой вопрос. Поняла, почему они ко мне пристали, что им от меня надо.

Как муторно, аж тошнит. И в животе крутило, будто ледяными когтями кто-то впивался. Неприятно быть чьим-то подопытным кроликом, особенно когда сама готова отдать свое сердце на расписном блюдечке.

Я закончила убираться, взяла с лавки свой старенький рюкзачок и вышла в коридор, тихо прикрыв за собой дверь.

Мне хотелось спрятаться глубоко-глубоко, что бы никто не нашел и одновременно во всем окончательно разобраться. Поставить точку. Посмотреть в лживые голубые глаза и умереть, потому что жить с такой дырой в груди просто невозможно.

Я брела вперед, утопая в своих мыслях, не замечая ничего, словно бесплотный призрак. Ничего не видела, не слышала, не понимала. Вокруг клубился туман, дымка, в которой тонула реальность, замедлялись движения.

Из этого состояния меня выдернул чей-то звонкий смех. Оглянувшись, увидела компанию девушек Верхних — Джули, Милена и Валлея. Именно она и смеялась. Вид у нее был самый, что ни на есть счастливый.