Неужели я настолько бессердечна? Была ли я больше похожа на Маттео, чем хотела признать? Нет. Мне снилась смерть Сида, и, когда я думала о нем, в груди все сжималось.

— Нам нужно идти. Наш рейс скоро.

Маттео схватил меня за запястье, чтобы поднять на ноги, но я вырвалась, внезапно разозлившись. Маттео снова потянулся ко мне, рывком поднял на ноги и прижал к себе.

— Осторожнее, Джианна. Меньше двух часов назад я видел, как ты была с другим парнем. Я горжусь своим контролем, но есть предел.

Я проглотила слова и позволила Маттео вывести меня из комнаты. Стэн и Кармайн уже ждали в коридоре.

Их глаза просканировали меня с головы до ног, потом Стэн сказал.

— Она все еще на удивление невредима. Если бы моя невеста трахалась с другими мужчинами, я бы избил ее до полусмерти.

— Разве похоже, что меня волнует твое гребаное мнение? — угрожающе спросил Маттео.

Я случайно взглянула на него, удивляясь, почему он не делает то, что предложил Стэн. Я решила пока держать рот на замке. Самосохранение не было моей сильной стороной, но я не была полностью самоубийцей, даже если смерть могла быть предпочтительнее того, что отец имел в виду для меня.

Через двадцать минут мы поднялись на борт частного самолета, и я села у окна. Маттео сел напротив меня, но разговаривать не стал. Никто не пытался заговорить со мной в течение всего полета. У меня было чувство, что Маттео использует это время, чтобы успокоиться. Иногда я замечала, что он наблюдает за мной, но не могла прочитать выражение его глаз. Когда я поднялась, чтобы сходить в туалет, Маттео тоже встал.

Я проглотила комментарий и направилась к унитазу. Когда Маттео не отступил, даже когда я открыла дверь, я больше не могла сдерживаться.

К черту самосохранение.

— Ты будешь смотреть, как я писаю? Я не могу сбежать, спрыгнув с самолета.

— Я не сомневаюсь, что ты попытаешься пробить дыру в стене самолета, чтобы убить нас всех.

Он это серьезно? Уголок его рта дернулся, но затем выражение лица снова стало жестким. На мгновение наши глаза встретились, затем я быстро шагнула в маленький туалет и закрыла дверь. Маттео не остановил меня, но я знала, что он будет ждать меня и, возможно, прислушается к странным звукам.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза.

Страх и печаль бушевали в моем теле, и становилось все труднее не разрыдаться. Я почти пожалела, что Маттео не взял меня за руку. Почему он должен вести себя как порядочный человек?

— Что ты делаешь? Не заставляй меня вышибать эту чертову дверь, — пробормотал Маттео.

Даже не заботясь о том, что он услышит меня, я позаботилась о деле, прежде чем выйти через две минуты. Взгляд Маттео блуждал по мне, как будто он искал признак того, что я что-то замышляю.

Мы вернулись на свои места и снова замолчали.