Он заставил меня перерезать ему горло.

Девушкам не рассказывали подробностей церемонии посвящения, но Умберто часто что-то проговаривал, когда охранял нас. Обычно первое убийство посвященного происходило издалека из пистолета.

— Он не позволил тебе застрелить его?

— Нет, скорее всего, это было дополнительное наказание, потому что в первый раз мне удалось избежать убийства. Стрелять легко, это менее личное. Использование ножа грязная работа. Ты должен приблизиться к своей жертве, должен запачкать руки в крови.

Я затаила дыхание. Его голос стал очень тихим. Я медленно приподнялась на руке.

Я хотела прикоснуться к нему, но не сделала этого.

— Звучит ужасно. Ты смог это сделать?

— А ты как думаешь?

— Ты убил его.

— Я так и сделал. Это было грязно. Он был привязан к стулу, поэтому не мог сопротивляться, но мне все равно потребовалось три попытки, чтобы перерезать ему яремную вену. Я был весь в крови с головы до ног. На следующий день я все еще находил кровь под ногтями.

— Тогда почему ты предпочитаешь ножи вместо оружий? Ты действительно, кажется, не прочь запачкать руки.

— Сначала я хотел доказать отцу, что я сильный и что он не сломал меня, как намеревался.

И как только я научился хорошо обращаться с ножом, и все восхищались моими способностями, мне показалось, что бросать это было напрасной тратой времени.

Я всмотрелась в его лицо, но оно было пустым. Я не могла сказать, была ли это вся правда, или он держал худшее в себе. Какое-то мгновение мы смотрели друг на друга, пока это снова не стало слишком личным, и я снова легла и повернулась на спину.

— Ты когда-нибудь думал об убийстве Луки? Если бы он умер, ты бы стал Капо.

Ты не первый, кого заставили убить члена семьи, чтобы подняться по карьерной лестнице, — спросила я.

Лицо Маттео посуровело.

— Я никогда не убью собственного брата. Я не собираюсь становиться Капо, и даже если бы я это сделал, я все равно не избавлюсь от Луки, чтобы улучшить свое положение. Лука прикрывает меня, а я его. Так было всегда.

— Это хорошо. Важно иметь людей, которым можно доверять — честно сказала я.

Одиночество было большой проблемой в нашем мире. Вокруг тебя всегда были люди, но ты никому не мог доверять.

Был только один человек, которому я полностью доверяла, и это была Ария. Лили была слишком хрупкой и молодой для многих моих секретов, а Фаби был мальчиком, и влияние отца на него росло с каждым днем. И я больше не могла с ними разговаривать.

— Что тебе нужно, чтобы поверить мне? — с любопытством спросил Маттео.

— Чудо. — я повернулась к нему спиной и выключила лампу на тумбочке. От его взгляда у меня в груди что-то шевельнулось, и я испугалась.

Маттео выключил свет, наклонился ко мне и поцеловал в ухо.