Как? А я так надеялась, что сейчас произойдёт что-то необычное и на меня снизойдёт великое озарение. Видимо моё подсознание тоже до сих пор не отошло от шока и иного решения проблемы не находило.

— Я просто хотела на тебя взглянуть… Ты интересная.

— Угу.

— Сильная, жёсткая, немного циничная, самоуверенная… Алексия другая, более мягкая и нежная. Может, это даже хорошо, что ты не полетела на Эквей десять лет назад. Твой характер закалился, и ты сама стала взрослее… Его уже давно не прельщают невинные девочки, смотрящие на него со смесью страха и обожания.

Вот теперь я совсем зависла. Какое-то странное у меня подсознание. Ничего толком не сказало, напугало до чёртиков и говорит не то что загадками, а самыми настоящими ребусами.

Чёрт, вот бы сойти с ума, и быстренько вернуться. Мне же ещё дочку и себя собирать надо. Дел — прорва. А ещё интересно, малахольных или душевнобольных на Эквей пускают?

Мои мысли прервали.

— Именно поэтому Алексия ему так понравилась. Она никогда не смотрела на него, как на бога и героя, если только первые пару минут. Теперь она легко может его отчитать и отругать. Запомни, Элизабет, мужчины, даже иноземные не любят доступных, им нравятся девушки с характером.

— Про кого ты всё время говоришь?

— И тебе нужен сильный мужчина, который не будет под тебя прогибаться. Тот, с которым тебе будет интересно, не только крутить любовь… Но ты, почему-то, всё время выбираешь других.

Эх, подсознание, это я и без макания меня в каку знала. С сильными мужчинами много проблем, они слишком непредсказуемы и противоречивы. Намного легче контролировать ситуацию и самой устанавливать правила. Поэтому я и выбираю таких как Стэн. С ним безопасно и легко.

— И ещё… О тебе уже знают.

— Что?

— Будь осторожна. И верь своему сердцу… оно не обманет.

И исчезла. Просто сверкнула яркой звездочкой и распалась сотней разноцветных блёсток, медленно осевшие на лавку и стол.

Вот тебе и игры разума.

Стоило мне только так подумать, как перед глазами опять всё замелькало, и я оказалась в до боли знакомом пейзаже — туман, оглушающая тишина и ничего не видно.

Вот только в этот раз я была не одна.

Где-то впереди, в клубах белой дымки чётко виднелся тёмный силуэт. Вроде мужчина, насколько я могу судить высокий, широкоплечий. Собственно, и всё, что я могла рассмотреть в этой мгле.

Может, стоит подойти ближе?

— Ияр. Ан энге фир ияр, — произнёс до боли знакомый мужской голос. — Ияр!

И я проснулась.

Это фраза набатом стучала в неожиданно опустевшей голове.

Я приподнялась и, не глядя, быстро потянулась к лежащему рядом на тумбочке планшету и хриплым ото сна голосом произнесла услышанное в автопереводчик.

— Год. Всего один год. Год. Язык — Эквейский, — перевела программа.

А я упала на подушки.