На удивление, ему даже не пришлось «сражаться» ради осуществления своей идеи доставить свою роту до позиций противника вот таким вот способом, когда заявил о таком намерении командиру дивизии. Генерал-майор Марушевский просто махнул на него рукой, дескать делай что хочешь, только отстань. А может ему самому интересно стало, что из этого может получиться. Командир батальона, как и командиры остальных трех рот так и вовсе были обеими руками за, ведь четвертая рота тогда пойдет в атаку первой.

Французы, как и обещали открыли бешеный огонь по позициям противника.

Трактора медленно, но, верно, ползли вперед. При движении до своих позиций от деревни проблем не возникло, все воронки на дороге были засыпаны, как и на собственно позициях, там, где трактора должны были проехаться. Мостки тоже прошли достаточно уверенно, а вот дальше…

Воронок перед своими позициями хватало, но все же их количество было не критично и трактор продолжил ползти вперед, таща за собой транспортный модуль.

Открыли ответный артиллерийский огонь немцы.

Можно сколько угодно думать о том, что у германцев меньше пушек в четыре, а то и в пять раз, но это все равно до фига. Впрочем, ответный огонь действительно оказался какой-то слабенький, тем не менее это не отменяло опасности. По броне звонко щелкали осколки и глухо падали комья полужидкой земли."

"Климов мысленно молился, чтобы все-таки не сработал «закон Мерфи» и какой-нибудь «чемодан» не оказался «золотым», в том смысле, чтобы не попал в транспортный модуль. Потерять пятую часть роты это… много.

Но пока все было нормально.

Дзинь-дзинь-дзинь-дзинь!

Михаил невольно пригнулся, чтобы не словить подарок через смотровую щель. Пользоваться перископом, что так же имелся в наличии, оказалось практически невозможно. По транспорту метко лупил пулемет. Впрочем, его огонь был не страшен. Пули даже не оставляли вмятин на обратной стороне бронелистов.

Остальные транспорты так же обстреливались и создавалось впечатление, что это ползут по земле какие-то неисправные электроприборы высокого напряжения с коротящей внутри проводкой, так много искр высекалось из брони.

Ефим под глухую ругань интенсивно крутил рулем (управляющий орган оказался расположен на редкость неудобно особенно в плане обзора впередилежащего пути), пытаясь объехать очередную глубоченную воронку только для того, чтобы ухнуть в чуть менее глубокую. Но чем дальше, тем больше становилось огромных ям наполовину заполненных водой из которых трактор, попади он в нее, просто не сможет выбраться даже с помощью дополнительных грунтозацепов.

Собственно первые потери по этой причине уже произошли. Машина за номером два увязла в грязи на двух третях пути. Следом за ней встала пятая.