— Ваше Высочество, — секретарь замялся, подбирая слова. — К вам, эм, бывший жених.

— Кто? — не поняла я, стремительно теряя интерес к происходящему.

— Вальтер оре-Марлоу, — пояснил Тео.

— Я его не вызывала, — раздраженно ответила я. — Даян?

Близнец поднял обе ладони в воздух, одним этим жестом говоря, что он тут не причем.

— Даян тоже не вызывал, — резюмировала я. И спохватилась: — А он нам точно не нужен? Ну там, экспертное офицерское мнение…

Брат отрицательно покачал головой:

— Давай решать проблемы в порядке убывания важности. Сначала список.

— Список, да, — согласилась я, почти мгновенно забыв про секретаря, застывшего в дверях, и про Вальтера, о котором он говорил.

— Свободен, — раздраженно рявкнул Даян и щелкнул пальцами.

Бедолагу Тео отшатнуло с порога, а входная дверь закрылась, громко хлопнув. И мы снова принялись обсуждать подозреваемых.

Было пять утра, когда, наконец, мы отобрали первых пятерых для очной ставки, и уже даже поднялись на ноги, чтобы добрести к своим покоям покемарить пару часов, когда в дверь снова постучали. Мы с братом снова покосились на часы, и оба мгновенно помрачнели. Стук в 5 утра еще ничем хорошим на моей памяти не заканчивался.

— Ваше Высочество, — сонный секретарь с отпечатком каких-то бумаг на щеке, протянул мне конверт. — Только что доставил гонец из Туррета.

Сонливость как рукой сняло. Простая сургучная печать на конверте с легким треском разломилась, и у меня внутри все упало.

Пока мы тут с братом решали, кого больше остальных подозреваем в государственной измене, пленным кочевникам перерезали глотки.

Я медленно смяла лист в руке, чувствуя, что впервые в жизни меня накрывает неконтролируемое бешенство. Медленно протянула брату скомканное письмо и перевела взгляд на Теодора. Секретарь заметно побледнел, но лицо удержал. Я же проговорила, с усилием проталкивая слова сквозь зубы:

— Сопровождение — готовность 3 минуты. Туррета.

Тео коротко кивнул и выскочил из моего кабинета.

— Сестренка, тебе надо взять себя в руки. Лошади понесут, если ты в таком виде попытаешься подойти к ним.

Я опустила взгляд на руки и поняла, что сквозь кожу давно пробилась железная чешуя.

— Лорноту не жить.

— Не жить, — согласился Даян. — Но не вздумай сама вырвать ему глотку. Плохо скажется на репутации.

Отвечала я с трудом, поскольку во рту начал прорезаться второй ряд клыков.

— Я. Постараюсь.

Ровно через три минуты я вышла с парадного подъезда и вдохнула холодный воздух. Осень вступала в свои права, отнимая часы у светового дня и кутая город в промозглую сырость. Но я была настолько зла, что не чувствовала холода. Как будто была не магов железа, а магом огня, и в груди у меня пылало бешенство.

Отряд сопровождения сменился, и я рассеянно мазнула по бойцам взглядом.