— Меньше нужно смотреть на грудь администраторов, может и запомните их имя.

— Ну-у, неважно. Так поможете?

Не надо грубить. Держись. Держись. Держись.

— Конечно, какую литературу ищете? — пропела я, чтобы быть как можно любезнее для нашего покупателя, который, наверное, та-а-ак разбирается в книгах. Профессионал чертов!

— Вообще-то классику и на английском языке желательно.

Я фыркнула. Мне послышалось?

— Вы знаете, что такое классика и английский язык? — засмеялась я.

Не грубить. Не грубить. Не грубить.

— Ну, классика — это какой-то жанр, а может и книга, честно, не знаю, которую читают одни ботаны вместо того, чтобы нормально повеселиться.

А английский — это вроде чай.

Я засмеялась. Вот же идиот!

— Точно, — подтвердила я, и мы подошли к полкам с книгами на иностранных языках.

— Вот, выбирайте.

Он осмотрел и попросил моей помощи.

— Я же не профессионал, — упрекнула я его, взглянув ему в глаза.

— Заметь, это не я сказал.

Придурок.

— Можете прочесть «Великий Гэтсби», — пожала я плечами. Если честно, то это первая книга, которую я увидела.

— А о чем она? — спросил он, взяв книгу в руки.

— О том, как один чувак думал, что, разбогатев, он женится на своей любви, но в конечном итоге просрал ее из-за своей же вины и сдох, — сказала я спокойно без эмоций, подстроившись под его говор.

Максим взглянул на меня то с удивлением, то с усмешкой и, сдерживая смех, проговорил:

— А я считаю, что не он виноват в этом.

Так он читал? Я взглянула на него с любопытством. Да не, не может быть такого, что он читает такой жанр. Максимум комиксы. И то, кто их щас читает?

— Ну, я считаю, что эта женщина была настоящей дурой, раз хотела угнаться за двумя зайцами."

"А, ну и это тоже.

Но мне не даёт покоя один вопрос.

— Ты умеешь читать?

Он засмеялся так громко, что на нас начали оборачиваться.

— И на английском? — продолжила я.

Что он смеётся? Это, наверное, очень странно смотрится. Какой-то парень смеётся во весь голос, а я озадачено смотрю на него. Анастасия Михайловна тихо курит в сторонке. Не, я ведь еще не получила ответ на свой вопрос!

— Чай просто вкусный, — ответил он на мой вопрос после того, как успокоился.

— А, ну тут это меняет дело…

Я начала выбирать книжки другие. Что я могу ему предложить? Тут одни романы и книги, посвящённые феминизму.

Не думаю, что Фролову понравится.

Может предложить «Парфюмер»? Не, а вдруг понравится? Он ведь даже, оказывается, читать умеет! Мне же нужно предложить что-то.

Тут я чувствую, как за мной внимательно наблюдают. А точнее сам Фролов.

Он склонил голову так, что чёлка чуть падает ему на лицо. Руки так и чешутся ее поправить. Так, Мартынова, что за мысли?

— Что? — пискнула я. Отлично, просто замечательно!

Он скрестил руки на груди так, что теперь его мышцы под футболкой выделяются ещё больше.