Учитывая, что за защитным кругом кто-то продолжал периодически пытаться прорваться сюда, чтобы подзакусить одной не в меру отчаянной целительницей, ситуация все больше походила на галлюцинацию, которые бывают у пациентов лекарей от анастезирующего действия колаина.

– Мне необходимы разъяснения, – глядя в глаза демону, твердо сказала я.

– Тебе не кажется, что ты немного не в том положении, чтобы что-то требовать? – демон, изображающий Валентайна, щелкнул хвостом, на конце которого, к слову, тускло поблескивал треугольник лезвия.

Я заломила бровь:

– Ты мне угрожаешь?

– И даже если так, то что? – зеленые глаза нехорошо вспыхнули.

– Просто должна напомнить, что я – целитель, и сердце у тебя находится там же, где у остальных людей, – лучшим герцогском тоном сказала я.

– Ты точно целитель? Вам вроде запрещено отнимать жизнь.

– А я темная, мне теперь все можно.

Демон фыркнул.

– Убьешь меня – никогда отсюда не выберешься.

– Тебе уже будет все равно, – заметила я.

– Логично, – согласился демон и вздохнул: – Ну и что ты хочешь узнать?

Я немного растерялась. Ответ «Все» серьезным не был, но именно это узнать и хотела. Поразмыслив, я спросила:

– Все демонологи – демоны?

Если это так, то ненависть светлых к темным обретает смысл. Получается, темные и не люди вовсе, а нечисть, притворяющаяся людьми.

– Нет, – разрушил все мои теории всемирного заговора демон, – демонологи не демоны.

– А ты?

– Кхм...

– Мне нужны объяснения, – напомнила я.

Чешуйчатое чудовище задумчиво побарабанило когтями по валуну, оставляя в нем вмятины и абсолютно никак не реагируя на долбящуюся в защитный круг живность, и, наконец, сдалось:

– Хорошо, я расскажу тебе. Но взамен ты расскажешь, как герцогиня с правом наследования одного из государств материка оказалась в Темнейшей академии.

32

– Хорошо, – легко согласилась я, – только наследую я в самом хвосте длинной очереди.

– Неважно. Наследница есть наследница.

Я скривилась в ответ.

– Нет в тебе здоровых аристократических амбиций! – покачал головой демон.

– И прекрасно себя с этим чувствую, – парировала я. – Итак?

– Итак... – вздохнул демон, изображающий Валентайна. – Как ты уже, наверное, догадалась, моей семье чудесным образом удается сохранить свой темный дар в тайне.

– Я предполагала, но это вроде как невозможно, – осторожно вставила я.

– Для пытливого ума нет ничего невозможного, – отмахнулся демон. – В общем, с помощью везения, магии и такой-то матери нам удается сохранять темное инкогнито. Но наш род очень древний и, хм, нажил себе немало кровных врагов за время существования. А потому наследник должен быть сильным.

– И твою душу заложили Темнейшему князю?

– Темнейшему вообще нет дела ни до чьих душ, светлая.