Владеет, кроме английского, китайским и испанским языками, что нормально для жительницы Нью-Йорка. Не замужем, детей нет. Одно время жила с другом у него дома. Мать живет в Чайнатауне, друг жил в Бруклине.

– Китаец? – уточнил Дронго, просматривая лист бумаги.

– Американец.

– Это я понимаю. Здесь все американцы. Я имел в виду, он был американцем китайского происхождения?

– Нет. Белый. Питер Форли. Торговец подержанными машинами. Младше ее на четыре года. Но в прошлом году они разошлись, и она вернулась к матери. В деле есть адрес и телефон их дома в Чайнатауне.

– Он не отвечает, – напомнил Дронго, усаживаясь в кресло.

– Да, я знаю. Я тоже звонил к ним домой и на ее мобильный. Дома телефон не отвечает, мобильный отключен. Но можно поехать к ней домой. Это недалеко отсюда, в Чайнатауне на Манхэттене.

– Где Вирджиния?

– Ждет нашего вызова у себя в номере.

– Как досье на остальную «семерку»?"

"– Готовим, – ответил Лоусон. – Кстати, наша арендованная машина уже здесь. Представительский «Кадиллак» серого цвета. Надеюсь, что вам понравится.

– Я плохо вожу машины, – признался Дронго.

– Ничего, – усмехнулся Лоусон, – я хорошо вожу автомобили. И Вирджиния, как настоящая американка, тоже неплохо водит. К тому же она знает Нью-Йорк. Поэтому проблем у нас не будет.

– Тогда поедем, – сразу решил Дронго, – где квартира ее матери?

– На Малбэрри-стрит, – ответил Лоусон, – недалеко от парка Колумбус.

– Они богаты?

– Не думаю, что особенно богаты, хотя молодая женщина училась в Колумбийском университете. У матери какой-то китайский магазин. Кажется, продуктовый. А отец погиб восемь лет назад. Утонул во время купания.

– Тело нашли?

– Не знаю. Это так важно?

– Сейчас все важно, – ответил Дронго, – звоните Вирджинии, чтобы спускалась вниз.

Через несколько минут они уже ехали на юг, по направлению к Чайнатауну. Вирджиния села за руль, Лоусон устроился рядом. Эксперт оказался на заднем сиденье.

– Она уволилась из брокерской конторы через неделю после смерти Цзина Фенчужа, – пояснил Лоусон. – Все правильно, брокер имеет специальную лицензию на работу, и когда он умирает или заканчивает работать, то вся его команда должна уйти с биржи.

– А его помощник? Кажется, Майкл Хайленд. Что с этим молодым человеком?

– Устроился на работу к другому брокеру, – ответил Лоусон, – ему только тридцать, но у него уже солидный стаж. Больше шести лет работы помощником биржевого брокера.

– Интересно, что ключи подменили за пять дней до смерти брокера, – сообщил Дронго, – значит, заранее готовились к его самоубийству.