Его грудная клетка размеренно приподнимается, футболка облепляет тело, обрисовывая соблазнительные мышцы: бицепсы, трицепсы, или что там бывает. Я лишь глотаю жадную слюну, периодически залипая то на торсе, то на крепких мускулистых ногах. И глаз нет-нет, но падает на ширинку. Больше всего меня интересует то, что скрыто под брюками.

– Пфф, – снова поднимает голову моя гордость, если она, конечно, вообще есть, – аккуратнее на поворотах, здоровяк.

Складываю руки на груди, но в этот момент простынь съезжает вниз, практически оголяя мою грудь до сосков. И я вижу, как его взгляд падает на них, а кадык дергается. Ха! Да ты сам неравнодушен, Дикий. Нравится мое тело, Артур? Что ж, получай. Я опускаю руки и позволяю простыне сползти окончательно, демонстрируя ему шелковистую кожу, напряженные розовые соски, гладкий живот. А затем привстаю, опуская ступни на ковер. И показываю себя во всей красе, вставая так, чтобы ему отчетливо было видно мой пухлый лобок.

– Вставай на колени, – говорит он, никак более не реагируя на мой сексуальный оголенный вид."

"Но я ликую, ведь это значит, что вскоре я получу то, что очень хочет мое похотливое тело.

– Хочешь минет? – ехидно кривлю губы, открываю рот, проводя языком по верхним зубам.Трогаю себя за грудь, взвешиваю упругие дыньки ладонями, а затем обламываю его дерзким: – А его заслужить надо!

– Уж поверь, звереныш, этого ты еще не достойна. На колени вставай, пока я тебе снова рот с мылом не помыл, – усмехается, а затем резко встает.

От испуга я опускаюсь резко на колени, а затем прищуриваю глаза. Не нравится мне, что он все держит под контролем. Ощущение, что я подопытная мышка, а он – ученый… Не слишком заботящийся о своей собственности, к слову.

– Есть всего семь правил, которые ты должна соблюдать, – медленно подходит, а я только в этот момент понимаю, что все это время он держал в руках хлыст.

А вот это мне уже совершенно не нравится. И, видимо, он видит что-то в моих глазах, что выдает мой страх… Потому что он тут же отбрасывает хлыст обратно на кресло и подходит безоружным. И я беру себя в руки, вспоминая, что он говорил. И реагирую.

– А то что? – опираюсь грудью о кровать и выпячиваю попку.

А вот к обычным игрищам я очень даже готова, а в особенности моя девочка, которая уже целую неделю не чувствовала в себе крепкий член.

– Ты так и не оделась… Развратная шлюшка, так и знал, – произносит только сейчас, а затем отходит и снова садится в кресло.

– У меня нет одежды, кретин! – не выдерживаю и грублю.

Только хочу встать, ведь направление разговора мне начинает не нравиться.

– Без мыла не обойтись, – раздается сзади холодный голос.

– Лучше не обойтись без другого лубриканта, здоровяк, – оборачиваюсь, глядя на мужчину пошлым взглядом и прикусывая нижнюю губу.