Я что, не похожа на бывшую жену мэра? Надо было надеть другую майку.

– Идемте, – он вернул права и кивнул в сторону реки. – Вас ждут.

Яркое пятно от фонаря дрожало на влажной траве. Мы спускались под уклон к реке, я чуть не поскользнулась и сбавила шаг. Я хотела задать пару вопросов, но не стоит гнать коней. Сначала посмотрим, что у нас.

– Стоять! – полетел в спину раздраженный крик. – Куда ты ее ведешь? Я разрешал спускаться?

Я обернулась: ко мне приближался незнакомый вампир – злой, как собака. Он нелепо смотрелся в дорогом костюме на берегу, где воняло тиной и болотом. Породистое холеное лицо кривилось от отвращения. Дело во мне или в чем-то другом, не знаю. Ну да, я как наемный персонал – меня зовут в последнюю очередь и даже злиться мне не положено.

Наверное, это и есть тот начальник безопасности, про которого говорил Эмиль.

Если он думал, что я испугаюсь и начну оправдываться, то не на ту напал.

– Эмиль здесь? – спросила я, игнорируя попытки смешать меня с дерьмом на виду у всех. Может, он не знает, что мы были женаты? Или не слышал, кто сделал город безопасным для жизни?

Вампир остановился, осмотрел меня сверху до низу, сделал вид, что потерял интерес и еще громче заорал на моего сопровождающего:

– Ты обязан был спросить меня!..

Понятно, все-таки узнал и решил сорваться на ком попроще. Их проблемы.

– Где тело? – мрачно спросила я.

– Можете посмотреть там, – он показал рукой куда-то влево и отвернулся.

Спасибо, что разрешили. Я хотела издевательский отвесить поклон, но не стала. Еще расскажет Эмилю.

Направление было очень примерным, и я отвернулась, глядя в темноту сквозь примятый камыш. Ладно, сама найду.

Река серебрилась в лунном свете, но кромка воды терялась в темноте и была незаметна.

Я забрала фонарик и побрела вдоль берега, осторожно раздвигая шуршащий камыш руками. Я порезалась об жесткие листья, кроссовки промокли в вязком иле. Черт возьми, почему бы не облегчить мне работу? Я где-то перешла дорожку этому хмырю?

Частокол камыша закончился, и я остановилась – увидела тело. Лицом верх, руки раскинуты. Я подсветила фонарикам, проведя лучом света от ног в дорогих ботинках до лица – немолодого и искаженного в посмертной гримасе. Худое тело, седые волосы… Фонарик задрожал. В лице было что-то знакомое, и в ту же секунду я узнала его.

Кажется, придется сообщить Ларисе печальные новости.

Я стояла над телом, пытаясь понять что произошло, вспомнить каждую деталь, рассказанную девушкой, но в голове было пусто.

– Кто пропустил охотницу? – вдруг кто-то крикнул сзади, не начальник безопасности, другой. И что все так на меня взъелись? – Мы еще не сделали снимки!

– Не надо снимать, – ответила я, не оглядываясь – было все равно, кто там такой сознательный. – Я могу опознать тело. Я его знаю.