Я быстро села в машину, завела двигатель и сорвалась с места. Окружающее расплывалось перед глазами, я толком не видела, куда еду. Просто взяла направление в сторону дома Королева, желая сейчас оказаться под его крышей, чтобы почувствовать себя в выдуманной несуществующей безопасности. И я уже знала, что мне нельзя будет ничем показать, что я встревожена или взволнована. Сейчас меня снова ожидала роль бездушной куклы, и я была вынуждена играть эту роль беспрекословно.

Часть 2. Глава 3

Арина ушла, оставив после себя чувство какой-то безысходности и глубоко угнездившейся тревоги.

Он старался не думать о ней, но все то время, что занимался делами, мысли об Арине упорно его преследовали, усиливая головную боль."

"Конечно, он не имел права требовать от нее доверия. Он не сделал ничего, чтобы его заслужить. Но ведь сам поверил ей так быстро и безоговорочно, что было больно осознавать, что по какой-то причине она не решается говорить с ним даже об этой несчастной фотографии. Говорить также, как отдавалась ещё вчера – открыто и откровенно. Ее молчание, ее попытка делать вид, что ничего не произошло, словно бы низвергали их отношения до того уровня, на котором те находились в самом начале – голого, пустого секса.

И если для нее, возможно, все так и осталось, то он уже перешагнул границы, которые сам же себе и поставил. А вот она – нет. И теперь Роман чувствовал себя так, будто между ними осталась стена, но воздвигнутая уже не им. Тем не менее, отступать он был не намерен. Он уже бросил на кон слишком многое и проигрывать не собирался. Что бы ни творилось у Арины в голове, чего бы она ни боялась – ему придется это побороть. Потому что позволить ей уйти по окончании договора – все равно, что добровольно перекрыть себе кислород. А он хотел дышать. Хотел жить. Жить, а не существовать, как то было ещё совсем недавно.

Обещанный Залесским курьер прибыл раньше пяти вечера, что было довольно странно с учётом того факта, что все, чем занимался Паша, выполнялось обычно четко и строго по расписанию. Роман передал посыльному документы по «Шахерезаде» и получил в ответ увесистый конверт с пометкой «конфиденциально» и устным пояснением, что это просил передать Павел Михайлович.

Отпустив парня, Королёв тут же вскрыл пакет, подспудно уже понимая, что именно там находится.

Первые итоги расследования крушения «Северной звезды».

Он быстро пробежал глазами документы, опуская технические детали и вычленяя среди бесконечных строчек самое важное для себя. И то, что прочитал, порождало в голове Романа новые вопросы, на которые не существовало ответов, способных его удовлетворить.