— Как прошёл день? — он внимательно смотрит мне в глаза.

Облизываю губы.

Я должна что-то сделать? Он же пришёл домой. Поцеловать? Покормить?

Но вместо всего этого я задаю вопрос, который меня волнует больше всего.

— Их посадили?

— Да, — кивает Алексей. — На десять лет. Мы именно это и отмечали.

— Спасибо, — говорю искренне и не нахожу ничего лучше, как прижаться губами к его ладони, которая застыла возле моего лица. Тут же смущаюсь этого порыва и задаю другой вопрос. — Кушать хочешь?

Алексей хмыкает и шутливо щёлкает меня по носу.

— Не хочу. Я привёз нам кое-что вкусное, — переводит взгляд на пакет.

— Хорошо, — я спускаю ноги вниз и хочу взяться за ручки пакета, но Баринов подхватывает его первым.

— Я помогу…

Он уходит в сторону дома первым, а я по характерному бутылочному звону понимаю, что меня сегодня собрались напоить.

Ну и хорошо, так даже проще будет разговаривать.

На кухне достаю из пакета вино и разные контейнеры с мелкой закуской. Выглядит все очень дорого и красиво. Явно упаковывали в ресторане. Раскладываю все это великолепие на большие тарелки и достаю из шкафчика бокалы.

Волнуюсь.

Мою фрукты и режу их на кусочки. Нож соскакивает с кожуры яблока и проходится по коже.

— Черт! — отдёргиваю руку и осматриваю ранение. Не смертельно. Даже крови нет.

— Аня, что с тобой?

Алексей снова застаёт меня появлением врасплох.

Я оборачиваюсь и упираюсь руками в столешницу.

— Извини, — закусываю губу и мотаю головой. — Ты прав. Я не в себе.

— Рассказывай, — тяжелеет голос Баринова.

Алексей складывает руки на груди и прислоняется плечом к холодильнику.

Я не не могу не заметить, что в домашней футболке и джинсах он выглядит ничуть не хуже чем в костюме.

Мой взгляд непроизвольно задерживается на мышцах груди и рук.

Да, силы в нем однозначно немеряно. Интересно, он тоже бил Никиту? Или это задача не его полёта?

Все восхищение Бариновым моментально испаряется, и я делаю глубокий вдох, чтобы задать вопрос.

— Скажи, а какая необходимость была применять к Никите силу?

— Не понял? — каменеет Алексей, а его глаза недобро вспыхивают.

— Мне звонила его мама, — тушуясь, начинаю я тараторить. — И сказала, что Никиту избили какие-то люди.

— Мои люди у него не были, — хмурится Баринов. — Сегодня всем было чем заняться. А избить этого идиота мог кто угодно. У него одних долгов только выше крыши.

— Каких долгов? — охаю я.

— На самом деле по-мелочи и в основном по обслуживанию тачки, — спокойно говорит Алексей. — Но я могу и чего-то не знать.

— Да, точно, ты же читал переписки, — вспоминаю я. — Тогда почему он сказал матери, что это из-за меня? — Спрашиваю, не понимая, кому верить.

— Чтобы пожалели, — усмехается Баринов.