И почему я вообще пялюсь на его губы, которые сейчас кривятся в порочной улыбе? Черт! Почему он так соблазнительно сейчас выглядит? Со мной вообще все нормально? Или это последствия моего недосыпания? — Эта услуга бесценна, — Янг сильнее меня дергает, и я практически впечатываюсь в него. Кошмар! Это все какой-то самый настоящий кошмар. Потому что мне почему-то начинает нравиться эта близость. Даже через ткань одежды я чувствую, как пылает кожа в местах, где он ко мне прикасается. Как сердце начинает сходить с ума, от мысли, что наши губы очень близко находятся друг от друга. Что стоит мне немного дернуться вперед и мы сможем поцеловаться… Тут же в памяти всплывает момент со спортзалом… Когда он сам меня поцеловал. Интересно, его губы сейчас такие же на вкус? Или они вкуснее? — Неужели ты решил ничего не требовать взамен? — Кокетливо улыбаюсь и заглядываю в его глаза. Господи, неужели я хочу, чтобы он меня поцеловал? Вот так просто сдамся и позволю ему творить со мной непонятно что? Где мои мозги? Почему я оставила их в комнате, когда нужно было взять с собой? — Ну это ты, конечно, размечталась, Пучеглазка, — его голос становится до ужаса хриплым. Вижу, как темнеют его глаза, а его пальцы на моей спине начинают меня слегка поглаживать… Я прохожусь языком по своим губам и чувствую, как он сильнее прижимает меня к себе, — но я готов взять сейчас предоплату… Хрипит мне практически в сами губы, и я вижу, как он начинает ко мне наклоняться… Господи… он хочет меня поцеловать…

Глава 21"

"Я не должна испытывать того, что сейчас испытываю и мне никогда не следует забывать кто стоит передо мной. Это самый распротивниший из людей. Мой ночной кошмар. Хмурая туча на моем чистом небе. Кусок какашки на выстриженной весенней лужайке. Это Роберт Янг и я себя долгие годы убеждала, что хуже него в моей жизни нет и быть ничего не может, но почему я тогда млею в его объятия и не свожу взгляда с губ. Каждая секунда тянется мучительно долго пока он по миллиметру приближается, и я чудом сдерживаюсь, чтобы не взять инициативу в свои руки. Не делаю этого только потому, что не хочу дурой себя чувствовать и давать повод ля издевок. Он же будет надо мной издеваться, тут к гадалке не ходи. — Такая ты мне нравишься больше. — Я не успеваю отреагировать на его слова, потому что губы Роба впиваются в мои в поцелуе, который я себе и представить даже не могла. Все так дико и первобытно, что мысли уносятся прочь и оставляют меня беззащитной перед этим змеем искусителем. Откуда он так хорошо целуется? Конечно, опыт у него же большой в поцелуях. Мне так хорошо, но от этих невольных мыслей еще и так жутко неприятно, как будто уксуса в чай плеснули. Это отрезвляет и как бы ни хотелось сделать наоборот, но я первая его отталкиваю.