Свят сегодня полностью заботится о дочке. Вымыл ей руки, кормит ее. Моя мама нашла общие темы для разговора с Авериным-старшим. Обсуждают дела города. А я то и дело поглядываю на Катерину. В момент, когда мясо съедено, и женщина собирается нести чай, подхожу к ней ближе.

— Давайте, я помогу вам?

Она слегка кивает.

— Давай.

В доме Авериных традиционная планировка — кухня отдельно от гостиной. Стол хозяйка накрыла в большой комнате. Теперь нужно туда-сюда носить посуду.

Собираю тарелки. Иду в кухню. Мама Свята нагоняет меня. Вот мы совсем одни.

— Я хотела попросить у вас прощения за своего отца.

Твердо смотрю в глаза будущей свекрови. Ох, слишком громкое, наверно, определение. Но почему-то я чувствую так.

— Ты не ответчик за отца, — она начинает оптимистично для меня, — дураку ясно, Солонин всегда жил только своим умом. Даже жена на него не влияла. Что говорить за дочку. Я немного работала на твоего отца, Вера. Когда у него еще был швейный цех. Потом приняла решение искать частных клиентов.

Усмехаюсь.

— Наверное, политика папы вас к этому подтолкнула? Я толком не помню ту фабрику. Была совсем маленькой, когда ее закрыли.

— Да, почти сразу после увольнения, у меня Святослав родился. А там и дошли слухи, что Солонин цех распустил. После этой работы я и захотела быть самой себе хозяйкой. Управляющий у нас был неплохой. А вот сверху часто приходили рабские требования.

Я опускаю голову.

— Не думай, что я тебя хотела упрекнуть! Говорю к тому, что прекрасно знала твоего папашу.

Киваю.

— Папа умер, я стала старше. Вашего сына я очень люблю и счастлива, что у нас есть дочка. Надеюсь, вы с ней поладите.

Катерина разливает чай. Ее руки подрагивают. Забираю у нее кипяток, чтобы она не обожглась.

— Не так я мечтала увидеть в первый раз первую внучку, — говорит с грустной улыбкой мама Свята, — но это ваши дела. Аля — родной нам с дедом человечек…

Она всхлипывает.

— Я очень рада, что вы встретили ее так неравнодушно.

Думаю, нам хватит выворачивать друг друга наизнанку. Ставлю чашки на расписной красноватый поднос и уже хочу уйти.

— Свят много прошел, но он не сломался, — внезапно говорит Катерина, — я это видела. Но он как-то зачерствел, что ли… А сейчас это прежний Святослав. И вы хорошая семья. Пусть Солонин там хоть завертится.

Она хихикает по-простому. Я тоже не выдерживаю и смеюсь. Да, воспоминания о моем отце у многих не самые лучшие. Но пусть он уже останется в прошлом.

Остаток дня проходит совсем тепло. Может, потому что у меня с души слетел груз.

Мама Свята не держит на меня обид. А еще — она сказала очень важное. Свят стал счастливее с нами… И мне нужно послушаться Керна — не лезть в карьерные дела мужчины. Просто быть с ним рядом.

Жаль, мы не можем побыть в родном городе еще.