Ну хорошо, допустим, ее убили из-за материалов. Допустим. Эта линия замыкается на Боровенко - Николае - Погодине, и здесь сделано все необходимое: Боровенко сидят дома, сотрудник розыска контролирует контакты. А если ее убили по другой причине? Надо же что-то делать, выдвигать другие версии, проводить оперативные мероприятия.

Вот Сережа Зарубин, к примеру, говорил, что у Богданова сложная семейная ситуация, он рассорился со своими близкими и не общается ни с кем, кроме дочери Лады, которой дозволяется раз в неделю, в воскресенье, прийти к папе на обед. Лада папу не любит, более того, побаивается, но на обеды приходит.

Сережка со смехом рассказывал, как Лада с нескрываемой обидой говорила о шубе, которую папа-Богданов подарил своей домработнице. Понятное дело, девочка страдает оттого, что отец, будучи человеком весьма состоятельным, не балует ее и не делает дорогих подарков. Может, она и на обеды эти ходит только в надежде на то, что отец сменит гнев на милость и приблизит чадо к финансовому источнику.

Могло ей все это надоесть в конце концов? Могло. Куда проще нанять убийцу, похоронить папочку и получить наследство.

Слишком прямолинейно? Конечно. Гораздо изящнее убрать настырную старуху, без которой папочка не может обходиться и которой дарит норковые шубки, погоревать вместе с ним, помочь по хозяйству, подставить плечо, приблизиться и… Далее по тексту. Ключ? Еще проще. Пришла на очередной обед, улучила момент, взяла ключи и сделала слепок - дел на две минуты, если не меньше.

А супруги Боровенко в свою очередь рассказывали о некоей даме, связь с которой Богданов тщательно скрывал от своей домработницы. С этой дамой он встречался в ресторане и давал ей деньги в обмен на что-то в конверте.

Боровенко даже предположили, что это и были материалы покойного Нестерова. Может, и так А если не так? Если у Богданова есть какие-то тайны даже от Глафиры, которая его вырастила? А Глафира все-таки узнала, за что и поплатилась. Тоже версия.

Кроме того, были, как показывают Боровенко, еще какие-то мужчины весьма подозрительного вида, приходившие к Богданову. Глеб Борисович явно боялся то ли этих двоих, то ли кого другого, но дверь не открыл, хотя и был дома. Эта ситуация с женщиной в ресторане не связана, потому как про женщину Глафира знать не должна была, а про двоих мужчин оказалась полностью в курсе.

Понимала, кто это, зачем пришли и почему Богданов не открывает. Более того, заслуживают внимания и реплики, которыми обменивались старушка и ее хозяин по поводу прокисшего борща Лаптева уверяла, что их хотят отравить, а Богданов велел ей не говорить глупостей. Однако он, похоже, отлично понимал, кто именно и за что мог бы захотеть подсунуть ему отраву, просто не хотел обсуждать это в присутствии Василия и Катерины.