"

"— Я точно не забуду её? — как это ни парадоксально, но именно это волновало его гораздо больше, чем возможность начать новый этап в жизни.

— Твоя память только твоя, — прошептала я, обнимая его со спины, — она просто перестанет быть настолько реальной, отодвинется в твоих воспоминаниях. Её облик будет столь же прекрасным, сколь и далеким. Ты сможешь смотреть не только в прошлое, но и начнёшь замечать настоящее, понимаешь? Эту связь необходимо оборвать. Обычно квисэн отпускают сразу после проведённой с ними ночи, но…

— Твоя мать этого не сделала.

— Нет, — покачала я головой, — я же объясняла тебе почему.

— Моя единственная любовь всего лишь сон длинною в жизнь… — грустно вздохнул он, сжимая моё запястье.

— Твоя единственная любовь ещё впереди, — сжав его руку в ответ, я потянулась к тому узлу, что оставила на его эмоциональном теле моя мать.

Видимый лишь таким же как она и убрать его могли лишь ей подобные. Ничего сложного просто распустить плетение и позволить нитям истлеть, но для Эйто это был действительно удар. Прежде, чем он пришёл в себя прошло несколько дней, которые он провел в собственных покоях из которых ощутимо пахло гарью, похоже феникс что-то сжег. И лишь на четвертый день он составил мне компанию за завтраком.

— Надо было давно попросить тебя, — неожиданно признался он, с невероятным аппетитом налегая на довольно простые блюда, которые обычно подавали на завтрак в его доме. — Почему мы так просто питаемся? — вдруг поинтересовался он у меня, разглядывая овсянку в тарелке.

— А, как бы ты хотел? — не сдержавшись от улыбки, поинтересовалась я.

— Поразнообразнее, — вкрадчиво ответил он, а я мысленно содрогнулась.

Если этот неугомонный мужчина задумался о «разнообразии», то вряд ли ограничится едой. Но, в любом случае, он имел на это право. Да и я может стану посвободнее…

И, вот, спустя три года и благодаря двум словам «поразнообразнее» и «посвободнее» я стою посреди своей спальни, облачаясь в белоснежно-золотые свадебные одежды рода. Эйто увлекшись «разнообразием» упустил миг моей свободы, а теперь я наконец-то выхожу замуж, потому как за всё нужно платить…

Усмехнувшись, я с нежностью прикоснулась к пока совершенно плоскому животу.

— Посмотри на это, — тихо позвала меня Тай, выходя из той комнаты где должен был быть кабинет, а теперь стараниями отца была мини сокровищница. При чем золотого хлама в виде всяческих украшений было столько, что приходилось хранить их в сундуках. Я даже не уверена, что именно там хронится.

— Красиво, — улыбнулась я, смотря на изящное плетение браслетов, которым предстояло обнять мои руки от запястья до локтей.