При этом преследовалась только одна цель: помочь новым союзникам стать единоличными лидерами в экономике Земли. После чего будет намного легче проводить политику всеобщего объединения и превращения человеческой цивилизации в монолитную, единую в целях семью.

Светозаров посоветовал внедрить русский язык в качестве официального для общения с иными мирами. Президент обрисовал основные сложности, возникшие на пути возрождения древнеславянской культуры. Главной проблемой стало отсутствие доказательных материалов, которые за тысячу лет христианизации славян тщательно, скрупулезно и методически уничтожались.

Торговец с некоторыми сомнениями в целесообразности такого действия признался:

– Полтора года назад мне попались древние, одиннадцативековой давности упоминания об одном месте в предгорьях Урала. Имеется в виду славянский город Медаюрши, засыпанный три тысячи лет назад песчаной бурей, а потом и залитый селевыми потоками горного озера. Но данная информация не проверена. Там надо вести основательные раскопки или попросить о содействии разумных кальмаров, которые проникают в любые камни и в любой грунт.

– Медаюрши? – переспросил президент с недоверием. – Название города, как мне кажется, совсем не славянское.

– Возможно неверное толкование или разночтение источника информации, – легко согласился Дмитрий Петрович Светозаров. – Но у меня есть и более конкретный след древних славян. На берегу Балтийского моря, в Дании, имеется одна долина, в которой когда-то, по преданиям, располагался громадный комплекс храмовых построек. И назывался этот комплекс Орияр. Причем храм принадлежал именно выходцам из легендарной Гипербореи и являлся форпостом праславян на границе с главными недоброжелателями.

Я имею в виду народы, заселяющие сейчас территорию Англии. Но четыре тысячи лет назад вся долина с храмом после землетрясения стала погружаться в зыбучие пески, и произошло это настолько быстро, что люди даже не успели эвакуироваться. А следовательно, Орияр находится в определенной целостности и сохранности в окаменевших песках. Я говорю с такой уверенностью об этом комплексе и принадлежности, поскольку был там. Развернуться мне там было негде в маленькой каверне, но многочисленную резьбу на камнях древнеславянскими рунами я рассмотрел прекрасно. Как и окаменевшие останки обитателей храма.

Хоть встреча и затянулась, лидер россиян готов был продолжать такие разговоры сколько угодно.

– Даже если нет ошибки в определении принадлежности комплекса, – сказал он, – как мы сможем вести археологические раскопки в не совсем дружественной нам стране? Датчане ну совсем не замечены в любви к нам, славянам.