– Отлично, тогда приступим к осмотру. – Из-за занавески снова появилась высокая худая фигура в старом халате, но на сей раз с тазиком в руках, ножницами в кармане и с кучей белых тряпок на плече. – Сядьте, пожалуйста. Ноги на пол.

Тонкие пальцы доктора, орудуя ножницами, ловко вспороли бинты, смочили их теплой водой и начали медленно и аккуратно снимать слой за слоем.

– Извините, – обратился Стас. – Никак не могу ваше имя запомнить.

– Лаврентий, Лаврентий Кузьмич, – подсказал доктор.

– Очень приятно, Стас. Лаврентий Кузьмич, вы, наверное, в курсе дела.

Скажите честно, какие у здешнего начальства планы на мой счет?

– Хм, я же говорил вам уже, что после перевязки с вами командир будет беседовать, вот у него и узнаете.

– А кто он, командир ваш, что за человек?

– Экий вы, право, любопытный. Может, мне биографию его краткую изложить? – Лаврентий Кузьмич изобразил нечто отдаленно напоминающее улыбку и больно дернул за бинт.

– Ай. Нет, не надо биографию, достаточно просто, в общем.

– В общем? Обычный человек, попавший однажды в необычные обстоятельства.

– Что за обстоятельства?

– Он вам сам расскажет, если посчитает нужным.

Хотя вряд ли это случится.

– Ну и ладно. Если о командире не хотите распространяться, расскажите тогда, как сами здесь оказались. Вы не похожи на прирожденного головореза.

– А кто похож? – задумчиво спросил доктор и философски развел руками. – Все люди одинаковы по сути своей. У всех были отцы и матери, у всех было детство, отрочество и юность. Каждый строил планы на будущее, и мало у кого в эти планы входило участие в рейдерском отряде. Как думаете?

– Ну, наверное.

– Наверное. Вот и у меня планы были совсем другими. Они даже успели осуществиться частично. Я, если так уж хотите знать, с детства мечтал медициной заниматься. У меня и отец, и дед врачами были, с малолетства мне эту науку прививали, говорили: «Учись, Лавр, учись. Врачи всегда нужны, выучишься – цены тебе не будет». – Лаврентий Кузьмич замолчал, задумался и даже бинт перестал разматывать.

– Ну и?.. – вывел Стас доктора из оцепенения.

– Ах, да, простите. Бывает, задумаюсь так… – Лаврентий Кузьмич сделал витиеватое движение рукой, изображающее, видимо, сложную траекторию полета мыслей, после чего вновь приступил к разматыванию бинтов.

 – Ну и неправда это все. Очень скоро я понял, что цена есть каждому, вне зависимости от заслуг и званий.

– А что случилось?

– Молодой человек, неужели вам действительно это интересно?

– Да, интересно. Я, честно говоря, не особо часто встречаю в лесу врачей, к тому же изъясняющихся литературным языком.

Лаврентий Кузьмич снова улыбнулся, в этот раз уже с меньшей натяжкой.