Тротуары, отделенные бордюрами, пропали под наносной почвой. Сами бордюры превратились в земляные валики, поросшие травой. Кучи гниющих иголок, сметенных ветром, лежали под уцелевшими стенами, на которых то тут, то там красовались выбоины от пуль и осколков. Обрывки полуистлевшей ткани, висящей на арматуре, колыхались, расправляя свои выцветшие грязные полотнища при каждом порыве ветра, гуляющего по развалинам, заглядывающего в давным-давно опустевшие дома, будто надеясь найти там кого-то, и грустно завывающего, встречая лишь запустение.

– Эй, Стас, – шепотом позвал Леший и указал рукою на странный предмет, лежащий возле темной дыры одного из четырех подъездов длинной пятиэтажки, грозящей в любую минуту обрушиться.

– Что это?

– Это – чей-то последний шанс.

Они подошли ближе, и Стас, присмотревшись, опознал в искореженном ржавом куске металла АК-74. Ствольная коробка была изрядно помята, деревянный приклад расколот, магазин отсутствовал, а на треснувшем цевье виднелись четыре продолговатых темных пятна.

Где-то позади, вторя стонам ветра, бродящего по пустым коридорам, раздался низкий гортанный вой, тягучий и жалобный, напоминающий нечто среднее между мычанием отбившейся от стада коровы и утробным голосом желудка, требующего насыщения.

Стас оглянулся назад и тут же почувствовал, как Леший тянет его за рукав.

– Давай живее, он нас чует, надо дистанцию разорвать.

Красная пыль полетела из-под мелькающих подошв. Леший пробежал два дома, присел на одно колено и, тяжело дыша, повел стволом пулемета, ожидая появления грибника в секторе, взятом на прицел.

– Куда дальше? – на выдохе спросил Стас, присевший рядом с автоматом на изготовку.

– Назад посмотри. Дом панельный видишь?

– Да.

– Сейчас рвем к нему, огибаем справа, и там метров пятьдесят до клиники, трехэтажное здание кирпичное, целое почти. Готов?

– Готов.

– Пошли.

Они короткими перебежками, стараясь не выпускать надолго из вида опасный участок, добрались до угла полуразрушенной многоэтажки, обогнули ее и, совершив последний спринтерский рывок, остановились на высоком крыльце удивительно хорошо сохранившегося трехэтажного кирпичного здания с заколоченными окнами. Рядом с остатками раскуроченной двери, чудом держащейся на единственной петле, висела металлическая табличка, рельефные буквы которой сообщали редким посетителям: «Центральная районная онкологическая клиника города Муром.

– Оторвались вроде, – сипло выговорил Леший, глотнул из фляги и включил фонарь. – Ну что, пойдем?

Он толкнул стволом дверь, та, протяжно скрипнув, отворилась и впустила незваных гостей в просторный холл, скудно освещенный пробивающимися сквозь доски лучами.