— Даже для тебя?

— Лет десять назад мне дали бы на него глянуть за какие-то сто долларов, за триста разрешили бы сделать копию и просто-напросто отдали бы в вечное пользование за тысячу-полторы. А сейчас… Лежит себе в специальном хранилище в серой картонной папочке с веревочными завязками. Может быть, даже по соседству с моим собственным.

— Интересно, чем этот «балалаечник» занимается сейчас?

— Я навел справки, кое на кого надавил… Он по-прежнему в деле, только работает на самого себя.

— И как, получается?

— Да. Действует в стиле карточного джокера, то есть непредсказуемо. Помните дело «Ратмира»?

— Кто это?

— Лихие ребята, специализировались на захвате предприятий. Провернули несколько удачных дел в провинции, осмелели и перебрались в Москву. Поначалу все у них шло очень даже неплохо, а потом схлестнулись с кем не надо.

— Теперь вспомнил.

— Так вот, по моим данным, этих самых «Ратмиров» пустил ко дну лично Дорохов В. А.

— О, как! Всех перебил и покалечил?

— И пальцем никого не тронул, он, вообще, не любитель стрелять и морды бить, просто… немного спровоцировал и внес небольшой раскол в их стройные ряды. Дальше они уже сами.

— Да, интересный мужчина. Уже взял его в разработку?"

"— И даже завел дело оперативного изучения.

— И проходит он у тебя… под псевдонимом «Джокер». Угадал?

— Угадали.

Глава 2

Утренний кросс — тридцать минут, «прозвон» суставов, растяжка, упражнения на пресс — двадцать минут, силовые упражнения — тридцать минут, работа на, твою мать, груше — двадцать минут. Дыхательные упражнения, заминка, все, можно и в душ. И так шесть раз в неделю: в воскресенье я ограничиваюсь незатейливым десятиминутным рукомашеством и дрыгоножеством.

Если бы кто знал, как мне остогрызла вся эта физкультура с диетой! Вот выйду на покой, первым же делом отращу себе живот до колен и щеки до плеч. Мамой клянусь! И все расстояния свыше десяти метров буду преодолевать исключительно на колесах. А пока добро пожаловать на весы. Что мы имеем? Хорошо имеем, семьдесят два с половиной кило. Вполне нормально для роста сто восемьдесят: и таскать нетрудно, и ветром не сдувает. Что делать, приходится терпеть и страдать. Единственный способ в моем возрасте сохранять форму, это ее не терять.

Выходя из ванной, в очередной раз без особого удовольствия наблюдаю отражающуюся в зеркале собственную физиономию. Восемь лет тому назад одни милые люди, обидевшись за то, что я спер у них нечто, разбили мне личико буквально вдребезги. Пришлось без малого полгода валяться по больницам и госпиталям, пока добрые дяди врачи не сделали мне новую мордашку взамен безнадежно испорченной. Ничего получилась физия, хотя, лично мне не нравится. Какая-то она слишком малоподвижная, нордическая, что ли. И улыбаться ей неудобно.