"

"Сегодняшнее занятие целиком посвятили теме: «Бунд и оппортунистическая линия бундовцев». Люди хорошо подготовились, Ляля Орлова брала слово три раза: по вопросу об уходе бундовцев со II съезда, о союзе меньшевиков с бундовцами и «экономистами», и о Плеханове, как его тянул к меньшевикам груз прежних оппортунистических ошибок.

Иона Овсеич похвалил всех, но особо выделил Лялю Орлову, которая, кроме основной литературы, работала по дополнительному списку. Единственное, что надо было подчеркнуть со всей ясностью, а она не подчеркнула, — как из примиренца к оппортунистам-меньшевикам Плеханов сам вскоре стал патентованным меком, то есть меньшевиком, и окончательно скатился в болото.

— Отсюда, — Иона Овсеич поднял перед собой палец, — следует еще один важнейший вывод: каждого человека, без исключения, упорно тянет вниз груз его прежних ошибок, и надо смотреть в оба, чтобы не угодить двумя ногами в болото. Как легче предупредить пожар в лесу, чем потушить, так проще обойти трясину, чем выбраться из нее, когда увяз уже по самое горло.

Пока Иона Овсеич делал свое дополнение и смотрел Орловой прямо в глаза, а та важно поддакивала, Аня Котляр оглядывалась по сторонам и хмыкала в кулак. Тося Хомицкая уперлась ей локтем в бок и нажимала, как будто Аня позволяла себе что-то непристойное.

Сразу после занятия Клава Ивановна поставила Лялю в известность, что они с Дегтярем хотят к ней в гости. Ляля сделалась красная, как бурак, и сказала: сегодня ни за какие деньги — в комнате ужас, какой бедлам!

— Как тебе не стыдно, — перебила Клава Ивановна, — мы что, посторонние! Слава богу, свои, не первый день.

Когда зашли в комнату, Клава Ивановна удивилась, какой здесь порядок и все блестит, только халат и грация, брошенные на спинку кресла, немножко портили впечатление. Но, с другой стороны, сказала Дина Варгафтик, по этим вещам можно судить, какая чистоплотная женщина и аккуратистка хозяйка дома.

— Ляля, — сделала пальцем мадам Малая, — я начинаю думать, ты большая гордячка: на такую комнату говорить, что здесь бедлам!

— Ах, Клава Ивановна, — запротестовала Ляля, — посмотрите на этот паркет: он черный, как земля, надо полгода скрести.

— Ладно, — махнула рукой мадам Малая, — давай ставь на стол чай, пирог, вишневку: гости хотят культурно отдохнуть.

Иона Овсеич сел в кресло: пару раз покачался из стороны в сторону и похвалил пружины, так было мягко со всех сторон. Дина устроилась на диване и тоже похвалила пружины, от которых даже не слышно скрипа.

— Товарищи, — сказала Орлова, — я очень извиняюсь, но мне надо уходить.

— Перестань, — возмутилась Клава Ивановна, — а то гости будут подозревать, что ты перебралась откуда-то с Молдаванки или Бугаевки.