— Лариска говорила, что она мажет там кремом, — сообщила Катька.

— А у тебя есть крем?

— Только для загара…

— Не думаю, что он подойдет, — сказал я, но тут же вспомнил… — У нас же есть растительное масло!

Мне достаточно было протянуть руку, чтобы достать со стола бутылку подсолнечного масла, которым мы заправляли салат. Налив чуть-чуть масла на ладонь, я сначала втер его Катьке между ягодицами, залезая пальцем прямо в дырочку ануса, а потом провел еще несколько раз по собственному члену. Пенис сразу за-блестел и, кажется, еще больше напрягся.

После этой процедуры мой член проник в попку сестры очень легко. Правда головка входила сначала с ощутимым сопротивлением со стороны Катькиных мышц, но стоило ей погрузиться полностью, как все остальное проскользнуло мгновенно.

Я уже не чувствовал того дикого возбуждения, как в первый раз, когда казалось, что член сейчас взорвется от распирающей его крови и спермы; поэтому двигался внутри Катьки не спеша, наслаждаясь всеми новыми для меня ощущениями. Правую руку я просунул Катьке между ног спереди и слегка поглаживал ее «вспухший» клитор. Катька стонала и всхлипывала. Мы оба уже, похоже, подходили к «высшей точке», когда во дворе вдруг скрипнула калитка. Уверенные шаги направились к нашему сарайчику.

Я с хлюпом выдернул член из Катькиной попки. Но оргазм уже начался, и остановить его было не-возможно. Я натянул крайнюю плоть на головку и сжал ее пальцами, но сперма хлынула вновь столь обильно, что забрызгала и мою руку, и простыню, и по самому пенису размазалась, вытекая после «судорог» из-под крайней плоти.

Катька же в то время, что я боролся с «фонтаном страстей», успела юркнуть в свою кровать под одеяло, прихватив с пола трусики. Я тоже натянул на себя одеяло чистой левой рукой, и в тот самый момент дверь нашего «сарайчика» распахнулась. На пороге стояла молодая женщина.

Тогда мне показалось, что она ужасно взрослая, но на самом деле ей было лет 25, не больше. Женщина была ужасно симпатичной, с короткой, модной стрижкой, большими голубыми глазами, чуть вздернутым носиком, пухлыми, красиво очерченными губами. А еще она была высокой и стройной, а тоненький и очень короткий халатик так и натянулся весь на крупных, упругих грудях, соски которых ясно просматривались через ткань.

— Здравствуйте, родственнички! — весело пропела женщина, но тут ее взгляд упал на пунцовое лицо Катьки, выглядывающее из-под натянутого до носа одеяла, затем на меня, тоже, вероятно, красного, и тоже прячущегося под одеялом. А потом… взгляд ее остановился на моей подушке! И тут я с ужасом вспомнил, как обильно я «полил» эту подушку спермой! Женщина поняла все сразу.

— У-у-у! — протянула она.