Дело в том, что внезапно, встав на колени и приняв в ротик, женщина почувствовала сильный прилив возбуждения. Она не могла понять природу этого. Ведь одно дело покоряться и подчиняться, а совсем другое — получать от этого удовольствие. Такого женщина от себя не ожидала."

"Степан использовал ее рот довольно долго. Стараясь из последних сил стоять на коленях ровно и сохранить равновесие, Люба моментально стерла себе коленки на холодном металлическом полу. Она елозила под мужчиной и уже успела устать. Наконец, он кончил, и женщина почувствовала, как горячая волна спермы брызнула ей в горло. Любе показалось, что это целый фонтан залил ее.

Кончив, Степан быстро вытащил свой член из ее рта и застегнул штаны.

Женщина так и осталась стоять на коленях, не в силах подняться от охвативших ее эмоций. Теперь, когда она приняла в себя всю без остатка сперму двух мужчин, с ней случился какой-то странный перелом. Сперма первого затопила ее влагалище, сперма второго — рот и горло. А для самой женщины теперь первостепенным делом стало кончить самой. Ею владело сексуальное возбуждение такой силы, что только мощный оргазм мог его удовлетворить.

При всем этом, ум Любы оставался в полном порядке. Она прекрасно понимала свое жалкое положение, остро и болезненно переживала свой неожиданный позор.

Люба отдавала себе отчет, что вот она — замужняя приличная до этого женщина стоит полуобнаженная на коленях перед мужчиной, трахнувшим ее в рот прямо в открытом тамбуре между вагонами. И этот глупый похотливый самец теперь застегивает брюки и удовлетворенно треплет ее по щеке.

«Какой ужас» — думала при этом Люба. «Я даже не смею поднять на него глаза. Hе смею, потому что прекрасно знаю, что увижу. В его глазах будет невыразимое презрение ко мне. Теперь он считает меня совершенно презренной грязной сучкой…И что же, конечно, он прав. Неужели я когда-нибудь могла себе представить, что вот так буду покорно и униженно стоять на коленях перед пьяной скотиной в тамбуре и облизывать губы после того, как он изволил спустить мне в ротик.»

«Вставай» — сказал Степан — «хватит тут ползать. Теперь иди в купе. Мы потом с тобой еще займемся.»

Люба не знала, что ответить. Растерянная, она встала с колен и увидела, что они стерты почти до крови. Это произошло, когда она ползала по железу. Теперь женщина покорно побрела по коридору вагона к своему купе. Она шла и мелко вздрагивала каждое мгновение. Ее трясло и лихорадило. Это происходило от того, что для бедняжки было совершенно непривычно отдаваться вот так подряд двум незнакомым мужчинам, а во-вторых от того, что теперь она и сама безумно желала кончить.

Мысль об этом была всепоглощающей. Люба даже не уставала удивляться себе.