Я стала осторожно посасывать его, лаская как некую дорого доставшуюся мне драгоценность. И вдруг, совершенно неожиданно для меня, в рот мне хлынула струя… Конечно, это не была сперма. Толя дал мне член в ротик вовсе не для того, чтобы я сосала его и получала удовольствие. Просто ему захотелось писать и, кроме того, он решил подвергнуть меня еще одному оскорбительному испытанию. Мочи было много, она потоком била мне в небо, а я, растерявшись сначала, не смогла удержать ее всю в моем рту. Секунда все же потребовалась мне на то, чтобы сделать над собой усилие и глотать горькую урину.

Она текла у меня изо рта, лилась с подбородка. Я не успевала все глотать. Когда Толя, наконец, облегчился, и я слизала с головки члена последние капли, все зааплодировали.

Компании очень понравился такой эксперимент. Только мне пришлось потом слизывать с пола остатки пролитой мною мочи. Я делала это, ползая по полу."

"Вечером я возвращалась домой по пустым темным улицам. Вокруг горели фонари. Кругом не было ни души. Я шла и думала о себе, о той игре, которую со мной вели. Нельзя сказать, что я не сделала маленьких открытий о себе самой.

Действительно, им, моим хозяевам, удалось довольно легко разбудить во мне самые неожиданные вещи. Например, раньше я и представить себе не могла, что буду лизать женщин и получать даже от этого удовольствие. Я не могла себе представить, что мой рот будет пользоваться малознакомыми людьми обоих полов во всех возможных качествах. Кто бы посмел еще неделю назад сказать мне, что я стану старательно вылизывать толстую задницу какой-то Люды?! А она при этом будет выпускать мне газы в лицо, а я не буду испытывать отвращения. Вернее, конечно, отвращение я испытывала. Hо оно только подогревало мое вожделение. И так далее… Правда, об Агнессе ничего такого я сказать нс могла. Она была самым жестким человеком во всей компании, и я уверена, что большинство позорных испытании я прошла потому, что это именно она придумала. Hо это была красивая женщина, я в чем-то преклонялась перед ней, и мне не показалось зазорным служить ей, подчиняться ей. А уж лизать ее ароматную вагину было для меня просто неожиданным наслаждением… Теперь я даже поймала себя на том, что жду того дня и часа, когда эта великолепная женщина позовет меня вновь, чтобы я обслужила ее и сама получила наслаждение от ее прекрасного тела.

Дома я едва успела раздеться, как раздался телефонный звонок. Мне звонил Николай. Он сказал, чтобы я вышла на улицу, потому что сейчас они за мной заедут. Я сильно устала в тот день, но нс посмела отказаться. Собраться было недолго. Я подмылась, накрасилась заново и причесалась. Дело было уже к ночи.

Стоять на улице мне почти не пришлось. Показались фары машины, и Николай пригласил меня садиться.