Всё было не важно, кроме них. Кроме их искреннего обожания, в котором меня топили снова и снова. И я наслаждалась этими обыденными вещами, тонула в искренних и чистых эмоциях, такой невинной детской непосредственности. Как-то позабыв и о том, что мы тут не одни и о том, что на ближайшие несколько дней моя жизнь всё ещё зависит от больничного режима дня.

Об этом мне безжалостно напомнила дежурная сестра. Заглянув в палату, она нахмурилась и постучала указательным пальцем по наручным часам. Очень недвусмысленно так намекнув, что время для посещений и баловства закончилось.

Максим тоже её заметил. Всё это время он, то смотрел на нас, то копался в своём телефоне, то негромко, тихо разговаривал с кем-то о контрактах и провинившемся отделе маркетинга. И ни разу не попытался прервать наше общение, оставить детей в полное моё распоряжение.

За это я была ему действительно благодарна.

— Нам пора, — убрав гаджет в карман джинсов, Максим поднялся и подошёл к кровати. Весело хмыкнув, он смерил нашу раскрасневшуюся, лохматую троицу насмешливым взглядом. И, подхватив детей на руки, тихо заметил. — Прости, мы тебя утомили.

Но я решил, что тебе это будет полезно, да и дети соскучились… Как и я.

— Спасибо, — я заправила прядь волос за ухо нервным жестом и опустила голову, вновь уставившись на обручальное кольцо на безымянном пальце. Покрутила его пару раз и вздохнула. — За всё. Я… Я правда не знаю, что делала бы, если бы не ты…

— Эй, ты чего? — наклонившись ко мне, он обдал горячим дыханием мою щёку и прошептал, неожиданно хриплым и низким голосом. — Я б тебя сейчас поцеловал, Потапова. Так, чтоб лишние и ненужные мысли вымело из головы. Но обстановка не располагает, знаешь ли… Да и детям пока рано видеть такое кино.

Так что…

— Что?

— Вернёмся к теме твоей благодарности когда тебя выпишут, — Макс коснулся губами моего виска и бодро заявил, выпрямившись. — Ну что, чертята мелкие? Говорим маме «пока» и отправляемся изучать то место, где царит и властвует ваш папа… Посмотрим, что там за бунт на корабле и что за коварные планы строят мои подчинённые! Согласны?

— Дя!

Я невольно хохотнула, глядя на эту воинственную троицу. И всё равно вздрогнула, когда за ними захлопнулась дверь, окончательно разрушая очарование момента.

Оставляя меня снова один на один с мыслями, воспоминаниями и этим странным, многозначительным обещанием в голосе мужчины. Я даже моргнула пару-раз, пытаясь переварить его слова, но…

Не получилось. И, громко вздохнув, я покачала головой, опираясь ладонями на край кровати. Кажется, всё будет куда сложнее, чем я думала. И теперь у меня нет ни малейшего представления о том, чем может обернуться наш такой скоропалительный брак. И для него и для детей, и для меня.

Особенно для меня.