Потому что в этот раз фонд действительно облажался по полной. Даже если бы им удалось забрать у Ирины детей, я отчего-то уверен, она нашла бы способ с ними бороться. Даже без учета меня, моих связей и денег.

Скорее, даже и не думая полагаться на них."

"— Значит, поиск новой жертвы отпадает сразу, — Ильин криво усмехается и с сожалением отставляет пустую чашку из-под кофе в сторону. Раздражённо ведёт плечом, но голос его остаётся спокойным и даже каким-то холодным. — И здесь мы возвращаемся к тому, что Дячишина не идиотка. Зацикленная на своей идее-фикс дура — да. Стерва? Отменная. И тварь та ещё, тут уж против правды не попрёшь. Но она не идиотка, Макс. И если ей хочется денег, много денег и прямо сейчас, она пойдёт по пути наименьшего сопротивления и выберет ту жертву, которую знает. Так?

— Тебе виднее, — я хмурюсь и откидываюсь на спинку дивана, скрестив руки на груди и борясь перманентно с желанием дать приятелю в морду. Повода нет, но я бы врезал ему просто так, потому что знаю, все, что он говорит — правда. И меня этот факт бесит сильнее, чем тотальный игнор со стороны Ирины.

Там я хотя бы могу поцеловать и настоять на своём, а здесь вынужден молча слушать прописные истины, уже зная к чему всё идёт. А самое противное, что мне явно придётся с ним согласиться, чтобы он не предложил. Меня от этой мысли нехило так корёжит, а внутренности стягивает узлом от желания разбить чью-то морду. И не факт, что именно Ильин не станет жертвой моего внезапного срыва.

— Вижу, тебе легче всё отрицать и класть ты хотел на все мои доводы, — тихо хмыкает друг и раздражённо цокает языком. Дёргает ворот рубашки, игнорируя звон отлетающих пуговиц. Мнёт раздражённо шею и ведёт пальцами по волосам, но всё ещё держит себя в руках. Хороший самоконтроль, я таким пока похвастаться не могу.

Но могу поставить пару тысяч на кон, что у Гора пальцы зудят от желания схватить меня за грудки и приложить чем-нибудь тяжёлым, чтобы мозги наконец-то встали на место.

— Я пока ни одного толкового довода и не слышал, — едва заметно жму плечами и криво улыбаюсь в ответ. Кожей чувствую чужое раздражение и ловлю себя на мысли, что это первый раз за всю историю нашей дружбы, когда до банальной драки нас отделяет висящий на волоске самоконтроль и мысль, что в этой квартире мы не одни.

Гор тяжело вздыхает и устало трёт переносицу. Хлопает себя по карманам и морщится снова, вспоминая, что бросил курить. И зло выдает, уставившись на меня немигающим взглядом в упор:

— Окей, зайдём с другой стороны. Ты выиграл, Ирина в этом не участвует. Мы нашли другую милашку на роль жертвы, и теперь долго и муторно крутим её жалостливую историю в интернете, в СМИ и в народе. Чтоб ребята из фонда «Золотые сердца» уж точно клюнули на неё.