Я вам загадку приготовил на новые погоны. Пошли…

Заинтригованные идём следом за ним в холодильник.

— Сегодняшняя ночная смена бухарика привезла. Драка с поножовщиной возле ларька — ничего необычного. Но! Вот… — торжественно выкатывает персонажа под простыней.

— На запястье у него такой же ожог, как и того несовершеннолетнего пацана, что в больничке кони двинул. М? Красота! Что думаете?

Мы с Айдаровым зависаем взглядами на неровном рваном круге, сделанном будто раскаленной монетой. Это типо инь и янь? Переглядываемся…

— У девок тех тоже были ожоги на руках! — Вдруг вспоминает Демид. — Я сразу не понял, потому что руки у них в браслетах были. Вот у одной точно было! Самая борзая которая! Рыжая! Ей мужики запястье вывернули, когда в отделение паковали.

Я тоже начинаю вспоминать.

— Что за тип? Личность установили?

— Пока нет, — отвечает Саныч, — но скорее всего, местный. По карманам чеки из соседних магазинов. Сами гляньте…

Снимает с лица жмура простыню.

Я узнаю этого человека с первых секунд!

Вот это, мать его, поворот!

— Рус, — ошалело шепчет Демид. — Это же отец твоих… — осекается. — Вот это писец! Белый и пушистый!

— Саныч, знаем мы его, — говорю коллеге. — Ты нам всю информацию собери, а мы пока пойдём обмозгуем твою задачку со звездами.

Сердце разгоняется и никак не может успокоиться от постоянного предчувствия опасности. Мне категорически не нравится, что дети вдруг стали косвенно причастны к уголовному делу.

Сразу хочется куда-то их вывезти вместе с Алиной. Подальше. Может быть, санаторий или…

— Ты что думаешь? — Прерывает мои мысли Демид. — Надо срочно искать девок. Брать постановление на обыски. Ты понимаешь, что это скорее всего секта? Да ещё и судя по докам, жмурика у нашего любимого ларька с паленой алкашкой нашли.

— Я думаю, что надо срочно ехать на квартиру к Савельевой. А то может быть, она ещё не в курсе, что ее мужика завалили?

И вот вообще не жаль. Если бы не метки эти круглые, я бы даже расследовать не дернулся.

На Комсомольскую выезжаем с опергруппой в полном документационном сопровождении. У полковника висяк по несовершеннолетним — это как кость в горле, поэтому он готов сдать нам в круглосуточное рабство всех. Лишь бы был результат."

"Но допрашивать в квартире оказывается некого. Савельева спит просто в невменяемом состоянии и на любые раздражители не реагирует.

Упаковываем ее с собой, оставляем бригаду работать в квартире, а сами двигаем дальше. Демид с парнями берет на себя ларек, а я еду домой к родителям несовершеннолетнего паренька.

Дело начинает раскручиваться со стремительной скоростью, и к вечеру мы уже знаем, что наши предложения о секте оказались абсолютно верными.