— У меня есть идея. Как заставить Булочку поверить в себя. Смотри сюда, Альбина, — он откусил пирожок, проглотил. И я заметила как скакнул по мощной загорелой шее кадык. — Ты мне понравилась и нравишься. Настолько, что едва держу себя в руках, когда вижу как ты нервно закусываешь губу и высовываешь кончик языка, обводя ранку. Я мечтаю подойти, раздеть тебя и заставить забыть о всех комплексах прямо здесь, на кухне. На этом столе, на столешнице, на полу и у стены. Смазать твои соски сливками и долго слизывать их, смакуя каждое мгновение…

От такого признания, произнесенного хриплым мужским баритоном, я смутилась и… закусила губу, ловя голодный взгляд.

"— Ну все, — Артэм потянулся ко мне через стол и впился в губы, глотая микро-капли крови. Я задохнулась от чувств, не сразу поняв, что по телу бродит вторая пара рук, обрисовывает контуры и изгибы, согревает, прогоняет скованность и напряжение, но не настаивает на чем-то слишком интимным. Скорее изучает и растягивает удовольствие.

— Ты пахнешь горькой ванилью. Мой любимый аромат с недавних пор, — шепчет на ухо Дэрэм, стоя сзади. Я прикрываю глаза и отдаюсь в их руки.

Артэм расстёгивает пуговицы на моей рубашке, повторяя знакомый эпизод из переулка. Его язык горячий и нежный. Познаёт меня, знакомиться и ублажает… Хочет, чтобы я совсем потерялась, раскрылась им двоим. И это чудесно, правда чудесно.

Чьи-то ладони кружат вокруг груди.

— Можно? — кто-то спрашивает на ухо и ловит судорожный почти умоляющий кивок. Мягкие пальцы сжимают соски и сжимают вершинки пока те не затвердеют. Дерем целует в шею, сзади, под линией роста волос. Поцелуй этот как безумный шквал накрывает нас с головой.

— Красавица… — выдыхают в спину и я не могу не верить этому слову, сказанному под воздействием правдивой начинки. Только слеза скатывается по щеке и беззвучно падает куда-то вниз.

— Стой-те… — я отвожу голову в сторону и хрипло прошу остановиться.

— Что-то не так? — Артэм стоит впереди, обнимает за талию и заглядывает в глаза. Он тесно прижался ко мне и я ощущаю его возбуждение сквозь одежду. Сзади в попку упирается Дэрэм, и он же поглаживает тяжелую грудь.

— Вы обещали дать мне время, — отвожу взгляд в сторону. Это слишком ново для меня. Почти невыносимо.

— У тебя будет куча времени, малышка, — тихо говорит сзади Дэрэм, щекоча горячим дыханием чувствительные волоски на шее.

— Отпустите, — почти умоляю. Крепкие объятия ослабевают, но что удивительно близнецы не выглядят недовольными, скорее наоборот. Улыбаются широко, показывая заострившиеся белые клыки.

— Теперь ты нам веришь? — Артэм не спешит далеко отходить.