Артэм заботливо прикурил пряность, и даже повелительным жестом распахнул окно в спальне, спасая ее от неминуемого задымления.

— Что ж, мы получили больше вопросов, чем ответов.

— Согласен, — буркнул тёмный близнец.

— Я связан клятвой Лероя, — выпустил колечко дыма Крендель, — я бы и рад был рассказать Альбине, но не мог. Бог сладостей стребовал у меня еще одно обещание.

— Какое, малыш? — я пощекотала румяный бок Кренделя, пытаясь утоптать новые знания в уме.

— Позаботиться о его дочерях. Он перед казнью очень волновался о вашей судьбе, Альбина. Ты — старшая дочка. Наполовину богиня.

— Это из-за заботы, ты сделал так, чтобы Дэрэм меня купил? — на этом вопросе беловолосый бог напрягся и недовольно нахмурил бесцветные брови.

— Да, потому что…

— Обручение! — в один голос сказали оба брата и синхронно сели кто куда. Артэм упал на кровать, а Дэрэм — в кресло у комода.

— Булочка, можно тебя кое о чем попросить? — сипло выдохнул брюнет.

— Обручение? Не понимаю, как это связано со мной? — я покашляла от дыма, пахнувшего в лицо, — так, малыш, давай-ка иди вон на подоконник. Кэрин согласно и скорбно кивнул, спрыгнул и побрел сломанной фигуркой к источнику света и воздуха.

— Давай проверим. Сядь и вытяни ногу. Ту, на которой остался мой след.

— Хорошо, — я растерянно опустилась на кровать рядом с развратным богом. Честно говоря, они оба были преступно красивы и упоительно соблазнительны. Настолько, что мне постоянно приходилось мысленно перечислять сладости, чтобы держать себя в узде. А еще, быть с ними двумя в одной комнате было слишком интимно, приятно и… страшно. Я страшилась тех чувств, что братья рождали в моей душе, которая давно похоронила мечты на личное счастье.

Сняла с ножки ботинок, носочек. Подкатала штанину из добротной ткани на достаточную длину. Согнула колено и поставила его на покрывало.

— Посмотри, Дэрэм… Это не рабская печать, — горячие пальцы тёмного близнеца пробежались по лодыжке, описав круг возле шрама. — Кто-то пытался ее скрыть? Наверное, было больно…

— Точно. Наверное это богиня леса накапала чем-то, чтоб продать Альбину. — Блондин сел на корточки, рассматривая узор, оставленный его братом на моей коже. — Это обручальная печать.

— Погодите-ка… Какое еще обручение?.. — я потянула ногу на себя.

— Только так я мог тебя защитить. К тому же, эта двоица давно пугает простолюдок, пришло им время остепениться, — выдал Крендель, покуривая на подоконнике.

— Но не в твоей власти решать такие вещи, — сказал Артэм, едва сдерживая злость в голосе. Его взгляд неотрывно следил за печатью.

— Точно. Не в моей. Но зато — в вашей. Вы оба знаете, что это значит.