Братья, заклеймившие меня, вовсе не рядовые боги. Более того, вокруг них существует некий ореол таинственности, страха и обожания. Последнее в основном относилось к Артэму, на которого все без исключения простолюдки бросали обожающие взгляды. Тогда я заметила еще одну интересную закономерность. Богини оставались к нему совершенно равнодушными.

— Его магия действует только на людей? — спросила у Кренделя, подбираясь к нужной палатке с продуктами. На ярком прилавке красовались мешки с мукой, баночки с медом, невзрачные бумажные пакетики со специями и тряпицы с солью и сахаром.

— Верно догадалась, Альбина. Именно сила Артэма заставляет простолюдок забыть страх перед синхами и добровольно отдавать ему не только кровь, но и ложиться с ним в постель. О, хватай вот этот мешок, там мука первого сорта, я чую, — Крендель заерзал на плече. Не иначе почувствовал родственные ему ингредиенты. — И на Артэма сгружай. Не зря же мы его с собой таскаем!

Тут я была с ним полностью согласна. За прилавком стоял пузатый бог, на вид мужчина средних лет. Что в нем выделялось — так это его рыжая кудрявая шевелюра. Он напоминал большое доброе солнце среди прочих, почти безэмоциональных богов.

— Кто это ко мне пожаловал? — брякнул мужчина, хлопнув себя по животу.

— Привет, Виар, продай девушке все, что она попросит, — Артэм словно из-под земли вырос рядом со мной.

— Господин Виар, мне необходим во-о-он тот мешок с мукой, который с краю. А у вас имеются дрожжи?

Мужчина наклонился и скосил на меня зеленый глаз, присматриваясь.

— Какая интересная у тебя рабыня, Арт. Одобряю, — вздохнул мужик, одной рукой поднимая мешок весом около двадцати кило. Мешок ухнул в руки брюнета. Но тот и не поморщился, поймав ношу. Сверху на холщовый внушительный мешок полетели три килограмма сахара, пакетик дрожжей, и другие важные в приготовлении вкуснях ингредиенты.

— А это что?! — продавец списал с меня единицы веры, но завис, рассматривая у меня в волосах Крендель, — это же…

— Альбина, нам пора! Господин Виар, приятно было познакомиться, — затараторил Крендель, дергая меня за пряди.

— Эй, больно! — возмутилась, невольно делая несколько шагов в толпу.

— Стойте, это же… — прищурился Виар, но мне уже было не до него. Крендель щипал меня за ухо, вцепился в щеку и все кричал, чтобы я шла прочь, направляя как лошадь то в одну сторону то в другу, потягивая за волосы.

— Прекрати, негодник, мне же больно! — уже зло воскликнула, пытаясь снять с себя фамильяра. Я сейчас оказалась на месте Артэма, и он не преминул гулко хохотнуть за моей спиной, когда мы сместились от торговых рядов в жилой квартал.

Я раскрыла прищуренные глаза, с выступившими в них слезами боли.

— Ай! Да отцепись ты! — Крендель, наконец, свалился с меня и смогла спокойно выдохнуть.