Но и смотреть без умиления на эту троицу с широкими спинами возможным не представлялось.

— Понимаю, что плюшки для вас на один зуб, — я поставила угощенье перед ними, краем глаза замечая, как ревниво женихи передвигают к себе тарелки.

— Ничего, хозяюшка, за мясом и разносолами идут в другие места. Здесь же у тебя маленькая лавочка со сладостями, — Руан наклонился и откусил кусочек от рогалика. Не отставая от плотника, синхи повторили его жест.

— Альбина! — бесцветные глаза Дэрэма расширились от удивления. — Это что? Ты в них что добавила?!

— Булочка?! — темно-синие радужки Артэма разгорелись внутренним свечением. — А ну, не смей это есть!

Рогалик был бесцеремонно вырван из руки Руана и ревностно прижат к груди. Рыжий недовольно скуксился.

— Вы чего? Обычная выпечка. Да, вкусная, не спорю, настроение поднимает. Только и всего, — пробасил плотник, недоуменно посматривая на братьев.

Близнецы же, в свою очередь, не спускали глаз с меня. И в их взглядах отобразилось столько эмоций… Искрящаяся радость, свежая надежда, умиротворение и неверие смешались в одну полноводную реку, затопившую чужие сердца. Каким-то невероятным образом часть их чувств передалась и мне. Отголоски, крошечные капли, но такие искренние, без единого намёка на фальшь. Наверное, именно в этот момент я и поняла — люблю.

Я действительно давно неравнодушна к братьям, с самого первого взгляда, однако мне потребовалось немного времени, чтобы разобраться в своем отношении к ним. Артэм и Дэрэм покорили, постепенно приручили меня, а совместная ночь еще больше сблизила нас, связала в единое целое с каждым толчком и проникновением усиливая связь, с каждым поцелуем уверяя — это все по-настоящему, они действительно твои. А ты — их.

— Эй, ребят. Вы так смотрите друг на друга, что мне неловко… и завидно, — откашлялся бог-плотник и одним глотком осушил кружку с какао. Встал. — Пойду осмотрю фронт работ.

Решительной походкой Руан ро Тэр покинул зал и застыл с обратной стороны двери, явно анализируя как привести в порядок старую вывеску.

— Альбина… Не уходи от разговора, — твердо сказал Артэм, прикончив рогалик.

Я вздохнула.

— Поверьте, и в мыслях не было его избежать. Правда, я забыла… Закрутилась и совсем не обратила внимания на высказывание госпожи Инрир… Она заметила, что… Рогалики эти… со вкусом любви… — мне было просто ну очень неловко говорить об этом с мужчинами. Особенно, когда сама так долго от них бегала и отталкивала.

— Повтори-ка, — просипел Дэрэм, со скрипом отодвинув стул. Блондин подошел ко мне вплотную, обволакивая своим теплом и бешеной энергией. — С каким вкусом?

Еще четыре ножки надрывно проскрипели по полу.

— Поддерживаю.