Приходится сделать глубокий вдох, прежде чем начать говорить.

— Всё... готово. Я сейчас принесу, Глеб Викт...

— Быстрее. Пять минут даю. И не мямли, — в очередной раз обрывает мужчина, после чего выходит так же резко и громко, как появился.

Только теперь мне удаётся начать спокойно дышать.

Боже. Кажется, выжила.

Надо научиться справляться с паникой, иначе не представляю, как мы будем работать дальше. Он ведь вечно такой. Грубый, жёсткий, чёрствый и жестокий. По сравнению с ним генеральный директор, Алексей Борцов — просто душка. Лучше бы меня с ним работать поставили.

Глеб Викторович тот самый тип мужчин, который меня до смерти пугает. Точная копия моего отца и... бывшего мужа. Даже внешне он их напоминает — высокий, темноволосый, широкоплечий. Я дрожать начинаю, даже просто подумав о нём. Полжизни от подобных мужчин убегала и бегу до сих пор. И вот, словно по иронии судьбы, теперь вынуждена на такого работать.

Снова кладу ладонь на живот и нежно поглаживаю.

""Хорошо, что мы с тобой, малыш, будем только вдвоём, правда?""

Я действительно несколько месяцев назад решилась обратиться в клинику, чтобы забеременеть с помощью донорского биоматериала. Не собираюсь замуж. И беременеть от мужчины, который потом станет качать права на моего малыша, тоже не лучшая альтернатива. А с донором всё прозрачно — малыш только мой и всё.

Мне надоело, что мужчины всё время меня обижают. И точно бы не пережила, если бы кто-то стал обижать моего ребёнка. Как мой отец меня...

— Инна, проклятье! — снова раздаётся Воронцовский рык.

Я тяжело вздыхаю.

Ладно. Придётся потерпеть.

Беру кофе и несу в кабинет босса. Тёмный взгляд обжигает, когда я опускаю стакан на стол перед ним."

"Хорошо, что мой малыш скорее всего родится светловолосым и голубоглазым. Никаких брюнетов под два метра! Я специально выбирала донора — блондин, голубые глаза, средний рост. Всё, как и у меня, только роста я маленького.

Надеюсь, получится маленькая светловолосая кудряшка.

Я бы, конечно, очень хотела дочку.

— Ты что застыла? Неси отчёт, который я просил. Долго ещё ждать буду? — выгибает тёмную бровь Воронцов. — Мне что, каждое своё требование по сто раз повторять?

Сегодня он прям какой-то уж очень злой.

Аж желваки на скулах ходят.

Мужчина проводит пятернёй по волосам. Рукава его белоснежной рубашки закатаны, поэтому мой взгляд невольно скользит по мощным, покрытым тёмными волосками предплечьям.

Какие вены...

Снова накатывает паника.

""Спокойно. Ничего страшного не происходит. Это всего лишь руки, ты чего, Инна?!""

— Побыстрее, Александрова! Нам на две сделки ещё сегодня ехать!

— Ч... Что? Мне? С... с вами?

Он снова иронично и раздражённо выгибает бровь.

— Да. Представь себе. Ты теперь моя личная помощница. Но это ненадолго, если будешь так тормозить.