В машине у меня на самом деле разболелась голова, поэтому, добравшись до дома, я упал в кровать, забыв умыться и почистить зубы.

В десять утра Элеонора дала мне бумажку и велела:"

"– Тут адрес театра мюзиклов «Дон Жуан», поезжай, отыщи Екатерину Федоровну Воскобойникову и попробуй тщательно восстановить с ней события: где девушка могла посеять удостоверение личности. Может, она кого-то подозревает в воровстве документа?

– Сейчас утро, – напомнил я.

– И что?

– Мюзиклы, наверное, показывают вечером, и в театре пока никого нет.

– Ошибаешься, первый спектакль в час дня, – пояснила Нора, – давай, Ваня, не жвачься.

Услыхав ненавистный глагол, я вышел из кабинета, еще раз внимательно прочитал название улицы и пригорюнился. Самый центр, сейчас застряну в пробке.

Катя Воскобойникова, с которой я встретился в местной курилке, выглядела как восьмиклассница.

– А чего вдруг милиция про мой паспорт вспомнила? – удивилась она. – Я давным-давно новый получила.

Я улыбнулся.

– Не помните, где документ посеяли?

– Если бы знала, пошла бы и взяла, – раздалось в ответ.

– А как обнаружили пропажу?

– Да просто. Бандероль мне пришла, на почте и потребовали удостоверение личности, я паспорт с собой всегда ношу, мало ли чего, – охотно стала рассказывать девушка, – а тут давай в сумке шерудить – и нету!

– Может, в подкладке есть дыра, и он туда провалился?

Катя пожала плечами:

– Уж я не дура, все руками прощупала. Главное, в обед он у меня был, в пятнадцать часов, как миленький на месте лежал, а в семнадцать испарился.

– А в три часа паспорт, значит, все еще находился в сумочке?

Катя заправила за ухо тонкую, светлую прядку волос.

– Да, меня в отдел кадров вызывали. Я работаю в театре уже несколько месяцев, но была на испытательном сроке. А теперь меня в штат оформили. Вот я и ходила все документы подписывать. Там и паспортные данные были нужны.

– Может, там на столе забыли?

– Да нет, Евгения Георгиевна, наш начальник отдела кадров, мигом бы позвонила и отругала, у нее строго, каждая скрепочка на учете. Нет, я его на место пихнула, в карманчик на «молнии», рядом кошелек пристроила и работать стала.

– А сумка где была?

– В гримерке.

– Можно взглянуть на комнату?

– Сколько угодно, – кивнула Катя, – пошли.

По узкому темному коридору девушка довела меня до двери, толкнула ее и сказала:

– Вот, входите.

Я машинально шагнул внутрь и на секунду зажмурился. Безжалостно яркий свет галогеновых ламп больно ударил по глазам, десятки зеркал отражали лучи, делая освещение совершенно невыносимым. Потом меня одолели самые разные запахи: пудры, дезодоранта, духов. Еще через мгновение я раскрыл веки, обрел способность видеть и снова зажмурился, огромное пространство оказалось набито обнаженными людьми, в основном женщинами.