— Так что имей в виду, в случае отказа сотрудничать со следствием ты будешь проходить по делу как соучастник убийства, это понятно?

Тот лишь ошеломленно кивнул.

— Хорошо, — удовлетворенно заключила я. — А теперь рассказывай все по порядку. Как у тебя оказался этот конверт и кто тебе поручил передать его девушке.

— Да что тут рассказывать-то… Ну тусил я как всегда здесь неподалеку. Потом отошел от своих пивка в ларьке купить. А телка, ну что в ларьке, значит, мне его не продала. Молодой, говорит, еще… Ну облом, в общем.

Он огорченно замолчал, видимо, вновь переживая тот самый облом.

— И что дальше? — Я сгорала от нетерпения, стараясь внешне сохранять спокойствие.

— Ну а что дальше… Смотрю, тетка в возрасте покупает в ларьке ту самую банку с пивом и мимо меня, значит, топает. Я на нее мельком поглядел, а она вдруг мне банку показывает и головой мотает. Пошли, мол. Ну ладно, пошел я с ней.

— И что она?

— Ну, усадила меня на лавку, как вы вот. На, говорит, пивка попей. Ну я и взял, что ж не взять, раз угощает. А она на меня смотрит и посмеивается.

Я тяжело перевела дыхание, поскольку парнишка вновь умолк.

— А потом говорит: «Денег хочешь заработать?» Ну я, понятное дело, хочу. А что делать-то, спрашиваю. А она достала вот этот самый конверт и говорит, что передать его надо в ЗАГСе одной телке в фате.

— Что, прямо так и сказала? — удивилась я.

— Да ну не… — парнишка покачал головой. — Она красиво так говорила, что племянница ее сегодня замуж выходит. А ее саму, тетку эту, родня не любит, на свадьбу не пригласила и с любимой племянницей видеться не дает. Так она хочет хотя бы открытку передать с поздравлениями. Пусть, говорит, Оленька знает, что тетя ее любит и желает ей всякого хорошего, в общем. Так она мне говорила и слезу выжимала.

— Она так и сказала «Оленька»? — уточнила я.

— Ну да! — тот кивнул. — Потом сказала, если передам, получу за это штуку. И пятьсот отдала мне сразу, и еще конверт этот. И фотку девки в фате показала, я ее потом сразу узнал и отдал, как тетка велела. Она еще сказала, чтобы я вернулся сразу сюда, она мне остальное отдаст. Но куда там! Пришел, а тетки уж и нет. Ну я подумал, ладно, и пятьсот нормально за такую ерунду.

— А что еще она говорила, ты можешь вспомнить? — не отставала я.

— Ну что еще… — наморщил он низкий лобик. — Сказала, чтоб улучил момент и отдал ей прямо в руки. И сразу чтобы уходил, ни с кем не разговаривал. Вот и все.

— А описать ее сможешь?

— Да тетка как тетка, — пожал он плечами. — Старая уже, явно за полтинник. В расстегнутом плаще таком… Только титьки полуголые, и цацка на них здоровенная.

Он растопырил пальцы, показав примерную величину украшения. Мне тут же вспомнился кулон, который я видела на Дубровской. Декольте там, кстати, тоже имелось.