— Ты знаешь? — удивленно отозвался Андрей.

— Да, вчера она была еще жива, — пробормотала я скорее для себя.

— Ее местный обнаружил, сегодня утром, — продолжал Андрей. — Вроде рыбак, там ведь пруды неподалеку. Собрался спозаранку порыбачить, и вот…

— Слушай, я, наверное, уже не успею, — внезапно затараторила я. — Мне срочно надо увидеть место преступления, самой увидеть, понимаешь?!

— Успеешь, — убежденно отозвался Андрей, словно не замечая моего взвинченного, почти истеричного тона. — Время раннее, подключился только местный участковый, наши из области еще не подъехали.

— А их вызвали? — зачем-то спросила я, направляясь к шкафу и вываливая из него груду одежды.

— Конечно, раз это убийство.

— Убийство? — переспросила я, хотя и без того ничуть в этом не сомневалась.

— Ну, на данный момент дело возбуждено именно по такой статье, — пояснил Андрей. — А там посмотрим.

Дальше я действовала подобно сомнамбуле, скорость передвижения которой умножили где-то на тысячу. Обнаружила я себя уже за рулем собственного авто где-то за пределами городской черты. При этом я совершенно не помнила, когда и как успела натянуть джинсы и водолазку, привести себя в приемлемую форму (ну почти) и главное — прихватить все необходимое, включая документы и телефон.

Все эмоции и желания сузились до одного-единственного — «Успеть!». Андрей пояснил, что тело Ольги обнаружили в котловане неподалеку от заброшенной фермы. Я припомнила, что полуразрушенное здание находилось где-то на западной границе деревушки, и решила держать путь прямо туда. Это даст мне возможность сэкономить всего несколько минут, но все же не стоит пренебрегать даже такой мелочью."

"Всматриваясь в уже ставший ненавистным мне пейзаж, я изо всех сил старалась не пропустить нужный мне поворот, иначе придется долго колесить по проселочным узкоколейкам. Так, здесь развилка, надо свернуть влево. Я резко вывернула руль и, слегка поплутав по ухабистой просеке, оказалась прямо у покосившихся ворот некогда процветавшего сельхозпредприятия.

Гадать, куда ехать дальше, мне уже не пришлось — прямо за полуразрушенным строением у котлована собралась группка селян, среди них я заметила двух мужчин в полицейской форме, один из которых, видимо, убеждал собравшихся разойтись по своим делам. Судя по всему, никто не спешил следовать его указаниям, напротив, к котловану, у края которого лежало накрытое белой тканью тело, подтягивались все новые группы людей. Я искренне посочувствовала следователям — работать в такой обстановке еще то испытание.

Приближаясь к месту трагедии, я уже слышала крики, женский плач с протяжными завываниями. Мне заранее становилось тошно и от предстоящей работы, и, если быть откровенной, от себя самой.