— Вот потому-то я и считаю, что больше всех виноват в смерти Оли. Не пойди я тогда к Дубровской со своими откровениями, Оля была бы жива. Я ведь еще боялся, что Дубровская и к Оле заявится со своими разоблачениями. Скажет ей, что такой я, да сякой-разэтакий. И что вот это все, — Влад обвел рукой гостиную, — в постели заработал. Я ведь Оле совсем по-другому рассказывал. Ну, она меня и бросит после этого.

Я промолчала. Одна ложь тянет за собой другую, и в результате — полный крах.

— Да и пусть бы себе рассказала! — внезапно крикнул Влад. — Зато Оля была бы жива. А так эта сволочь ее в овраг столкнула! — Он обернулся ко мне. — Скажите, как Оля умерла? Она хотя бы не мучилась? — Он смотрел мне прямо в глаза.

— Нет, — я покачала головой. — Она умерла мгновенно, это установила экспертиза.

Влад еще несколько секунд смотрел мне в глаза, потом отвел взгляд.

— Вот чем приходится утешаться, — произнес он наконец. — Казалось бы, жить да жить, а тут…

Внезапно мне захотелось немного подразнить его, напомнив, что взрослый мужчина должен уметь предвидеть последствия своих поступков, а не перекладывать всю вину на взбесившихся неудовлетворенных дам. Но я тут же подавила это желание ввиду его неуместности. Надо отдать Владу должное, он не только не перекладывал всю тяжесть вины на Дубровскую, а даже наоборот, готов был приписать себе преступление, которого не совершал.

— Что же ты теперь собираешься делать? — поинтересовалась я у своего клиента.

— Скорее всего, махну обратно к себе на Урал, — отозвался Влад. — Работу, думаю, найду по своей специальности. Квартиру эту продам, там жилье куплю. Не к матери же с двумя братьями возвращаться. Жить будет где. Что еще надо? Вот только Олю похороню, и бегом отсюда. Надоело… И бабы эти старые надоели. Слюнявые твари и воняют как мускусные крысы! И каждая из них думает, что и правда неотразима.

Вот тебе и сирота! У него, оказывается, и мать есть, и два родных брата. Шифровальщик еще тот. Хотя как знать, по какой причине Влад приехал в Тарасов из родного уральского городка? Может, есть более чем веские причины, о которых он не хочет распространяться. Что ж, это его право.

Дольше оставаться в квартире Влада мне было незачем. Я коротко попрощалась со своим незадачливым клиентом и с облегчением покинула его жилище. Несмотря на все его откровения, Влад Галеев так и не стал мне хоть сколько-нибудь симпатичен. Теперь я испытывала к нему нечто вроде отстраненного сочувствия, но не более того.

Глава 9

— А теперь хотелось бы послушать, какое звено в этой цепи я упустил из виду по твоей милости, — Андрей смотрел на меня с притворной строгостью, но его глаза улыбались.