Один вопрос с применением магии — и я бы выложила ему всё как на духу, однако наши отношения строились на доверии.

— Ты же расскажешь мне, если пожелаешь нужным? — заключая в свои нежные объятья, спросил он в один из дней.

— Конечно. Я справлюсь. Оставь это мне. Ты свои сражения уже выиграл. Это моё, — улыбнулась я и подарила невесомый поцелуй.

Легко сказать, да трудно сделать. Стоя у алтаря, я должна была испытывать только самые светлые чувства: нежность, любовь, радость, восторг. Но всё было иначе. На лице улыбка, а в душе — полный кавардак, вот как я могла бы описать своё состояние в тот день.

Храм был великолепен. Украшен в тёмно-синих тонах цвета флага Дикеи, повсюду цветы и гирлянды небесно-голубого цвета. Такие же, как одежды Люция. Мне подобрали почти невесомое красное платье из шёлка и органзы, неотъемлемой частью которого были уже ставшие привычными рукава с ручной вышивкой. Алым наряд был потому, что это официальный цвет Лиссии и до церемонии я считалась её подданной. Но, несмотря на это, мы отлично дополняли друг друга, и смотрелось это просто потрясающе.

Когда пришло время произнести слова клятвы, у меня затряслись руки. Вся собранность уходила на то, чтобы никак не выдать своего волнения окружающим. Люций не сводил с меня глаз, и это только усугубляло ситуацию. Клирик протянул ему браслет, который диал принял. Любимый на ощупь нашёл иглу в районе замка. Момент — и он проколол ею свой палец, подтверждая тем самым, что принимает меня как свою супругу и часть своего рода. Стоило ему надеть украшение на мою руку, как у меня слёзы сами покатились из глаз.

В мои руки тоже кто-то вложил браслет с таким же узором, что и тот, который уже был у меня на запястье. Моя кровь для завершения обряда не требовалась. Нужно было лишь защёлкнуть его на руке любимого, и всё бы завершилось. Вот только пальцы отказывались слушаться, и в какой-то момент я едва не уронила металлическое украшение на пол. Люций молчал, просто не мог сказать чего-то по правилам церемонии. Жениху запрещалось хоть как-то сподвигать невесту к принятию решения. Она должна сама принять его. Я должна была.

Слёзы застилали глаза, мысли находились в полном хаосе, но тело сработало как нужно. Не зря я отточила все движения до автоматизма. Коснулась протянутой руки моего зеленоглазого счастья и сомкнула на ней края браслета. В тот же момент по телу разлилось приятное тепло, подтверждающее, что Пресветлые одобрили союз и теперь мы неразлучны.

Храм взорвался аплодисментами и криками поздравлений. Радовались все. Кроме меня.

— Ты в порядке? — спросил Люций, как только мы вошли в небольшую комнату во дворце, где, наконец, остались наедине.