На это мне уже ответить было нечего — как ни посмотри, она права.

Даже если я и буду встречать честных и добрых людей на своём пути в мире аристократов, то это будет скорее исключение из правил — всё же рассказы про принципы и честь — это лишь фальшь, которую используют аристократы, чтобы превозносить себя над простолюдинами. Да и многие из аристократов ещё более испорчены и порочны, чем простолюдины — это я понял уже давно, просто наблюдая за миром аристократов с ближайшего ряда.

А пока я резко погрузился в размышления об этом, я и не заметил, как девушка подошла ко мне и села напротив меня на колени. Лишь когда она начала расстёгивать рубашку, я обратил на неё внимание.

— Что-то не так? — спросила она, расстегнув очередную пуговицу, из-за чего мне открылся ещё чуть более лучший вид на её большую грудь. — Я ведь говорила, что специально не надевала трусики и бюстгалтер, направляясь сюда. Только не говори мне, что ты обиделся и теперь не хочешь?

И к этому моменту она расстегнула последнюю пуговицу. Её белая рубашка разошлась в стороны, а передо мной оказались её большие груди с маленькими сосочками.

— Нет, — подсел я на краешек, стягивая с себя трусы со штанами, — ничего такого.

— Ну вот и отлично, тогда давай хорошенько проведём время, — и с этими словами её холодные, аккуратные ручки взялись за мой член.

И не прошло и пары десятков секунд, как мой член, будучи облизанным со всех сторон, оказался в её рту, и я во всю наслаждался её мягкими губками и тёплым, шаловливым язычком, при этом смотря, как трясётся её большая грудь от каждого её резкого движения, и слыша приятные уху постанывания, что шли вперемешку с иными, свойственными горловому минету, звуками.

Глава 23

Ровно как и в нашу прошлую встречу, в этот раз мы так же поставили финальную точку нашего секс-марафона в душе, дабы после чего хорошенько помыть и отмыть друг друга от пота, и прочих естественных выделений наших тел во время секса."

"И точно аналогично прошлому разу — в этот раз я так же к окончанию секс-марафона уже кое-как стоял на ногах, едва двигая всё ещё и без того болящим от удара телом, а девушка же с каре, имя которой я, кстати, так и не узнал, с каждой секундой после этого, прямо на глазах, постепенно становилась всё бодрее и бодрее, а под наше прощание — по ней и вовсе нельзя было даже примерно предположить то, сколько и как она занималась сексом всего какие-то полчаса назад.

Но заботило меня в этот момент не это, а кое-что другое…

— Из-за чего у тебя возникли финансовые трудности? — спросил я, сидя в кресле с кружкой кофе, глядя, как она, стоя посреди комнаты, натягивает юбку-карандаш на свою обнажённую попку, постепенно скрывая ту от моего взора.

— Ты чего это вдруг? — слегка удивилась она, наслаждаясь своей сексуальностью.