Обращался не ко мне — к Касту.

Честно говоря, я подумала, что Каст его сейчас обхамит. Но пижон выпрямился, избавив меня тем самым от излишней близости своей по-эльфийски изящной фигуры, и ответил предельно вежливо:

— Нет, лорд Глун. Никаких.

Вот на этом, по моей логике, куратор должен был кивнуть и пройти мимо, потому что проблем реально нет, но…

— В таком случае вам лучше покинуть преподавательский этаж, Каст, — холодно процедил фон Глун. — И на будущее — ведите подобные, гм, беседы где-нибудь подальше отсюда. Я доступно выразился?

Пауза. И я чувствую, что заливаюсь краской, потому что куратор совершенно прав.

Это преподавательский этаж, а тут мы, не в самой целомудренной позе, и вообще…

— Да, лорд Глун, — сказал рыжий, и мое смущение отступило под напором изумления. В голосе Каста послышалось почтение, причем не наигранное, а очень даже искреннее. — Простите. Этого больше не повторится.

— Надеюсь, — отозвался куратор, но с места не сдвинулся.

А вот король факультета Огня отступил, подарил мне учтивый кивок и поспешил прочь.

Так как стоять в одиночестве, да еще под пристальным взглядом Глуна, совершенно не хотелось, я тоже откланяться поспешила.

— Извините, профессор, — вторя Касту, пролепетала я и мышкой шмыгнула к лестнице.

Быстро взбежав по ступеням, я отперла дверь и проскользнула на чердак. Все это время казалось, что Глун остановит, но нет. Не остановил, и даже не окликнул.

К себе я вернулась в смешанных чувствах, с нездоровым румянцем на щеках и ощущением легкого сюрреализма в придачу. И все-таки, что это сейчас было? Попытка напомнить зарвавшемуся рыжику о правилах приличий или попытка защитить меня?"

"Черт, как же хочется думать, что второе.

А по ощущениям выходит, что все-таки первое.

Я бы, наверное, еще минут на пять над этим вопросом зависла, если бы не Кузя. С момента моего прихода твир сидел рядом, смотрел и ждал, а когда ждать надоело, не выдержал и спросил прямо:

— Мои бутер-рброды где?

Где-где, в кармане, в салфетку завернутые.

Но вслух этого я не сказала. Зато Кузя был куда более разговорчив.

— Дай! — требовательно пискнул он.

Пришлось выйти-таки из ступора и заняться кормлением «котика».

А через пять минут вообще не до Глуно-Кастов стало, поскольку я о своих планах на вечер вспомнила.

Практикум, е-мое! Самая настоящая магия!

Заглотив бутерброды, Кузя привычно ушел в нирвану. Твир с огромным трудом запрыгнул на диван, развалился там, выставив напоказ заметно округлившееся пузико, и благополучно уснул. Это радовало.

Да, радовало, ибо в памяти еще был свеж недавний инцидент, когда меня из комнаты не выпустили, так что я слегка побаивалась, что и в этот раз остановить попытаются. Ведь то, что я собираюсь сделать, опасно. Магия как-никак.