Патрик оказался издателем из Германии, в Москву приезжал постоянно, контролировал ситуацию с изданием российской версии журнала, практически жил на две страны, и говорил по-русски очень хорошо, лишь с небольшим акцентом. Патрик улыбнулся, протянул Ире руку для приветствия, а сам быстро окинул ее оценивающим взглядом. Ира этот взгляд отметила, но предпочла свое внимание не заострять, да и Патрик довольно быстро крайнюю заинтересованность из глаз убрал и снова приветливо улыбнулся.

— Чем вы занимаетесь, Ира? Тоже журналист?

Ира даже ответить не успела. Только слова подбирала, не зная, как лучше охарактеризовать свое нынешнее положение, а Мила уже затараторила:

— Она только что вернулась из Лондона, так что чисто европейская девушка, Патрик.

Ира замерла с открытым ртом, не зная, что сказать и как опровергнуть столь скоропалительные выводы на свой счет, а Патрик в упор посмотрел на нее и задумчиво так улыбнулся.

— Правда?

Ира отодвинула от себя пустой бокал и решительно заявила:

— Нет. — А на подругу кинула особенный взгляд, правда, Мила только фыркнула от смеха и тут же отвернулась, опять кому-то рукой замахала.

— Нет? — переспросил Патрик. — В какой именно части Мила неправа?"

"Он был симпатичным, яркие голубые глаза смотрели проникновенно, а твердые губы кривились в чувственной улыбке. И выглядел решительным, в каждом движении ощущалась уверенность в том, что он делает, в данный момент флиртует с женщиной. Ира кинула взгляд на его руку, из-под легкого пиджака выглядывал манжет идеальной бледно-голубой рубашки, а на запястье скромный «Лонжин».

— Я прожила в Лондоне два года, так что не могу считаться истинно европейской девушкой. Да и с мужем я не развожусь. Пока.

— А по поводу развлечься?

Ира прищурилась, пытаясь казаться чуть строже.

— Она сказала развеяться.

— А это не одно и то же? — Патрик едва заметно нахмурился, кажется, на самом деле недоуменно.

— Не совсем.

— Хорошо, я не настаиваю на полном отрыве от реальности. Но немного… Выпьем что-нибудь вместе?

Ира посмотрела на свой пустой бокал, после чего пожала плечами.

— Почему нет?

Все лучше, чем сидеть дома, в четырех стенах, и думать о том, о чем думать ей не следует.

Вскоре за их столиком стало тесно. Целая компания веселых и незнакомых Ире людей. У нее не было большого желания вмешиваться в чужие разговоры, и поэтому она по большей части отмалчивалась, слушая других, потягивая коктейль и смеясь вместе со всеми. Отвечала только, когда обращались конкретно к ней, а беседовала в основном с Патриком, который по-прежнему сидел рядом и ее персона его сильно интересовала.