– И каковы, по-твоему, шансы на успех по прошествии такого срока?

– От призрачных до нулевых, – ответил Страйк. – Но в то же время истина где-то близко. Люди не испаряются бесследно.

Робин услышала знакомую интонацию, которая указывала на раздумья о проблемах и возможностях.

– Значит, с утра пораньше ты опять встречаешься с осиротевшей дочерью?

– Согласись, это повредить не может, – сказал Страйк.

Робин не отвечала.

– Я знаю, о чем ты подумала, – сказал он с некоторым вызовом. – Но клиентка доведена до крайности… уже обращается к экстрасенсам… грех не помочь в такой ситуации.

– Думаю, охотники помочь в такой ситуации найдутся и без тебя.

– Но я же могу выслушать человека, правда? И денег зря не возьму, в отличие от многих. А если исчерпаю все возможности…

– Я тебя знаю, – перебила Робин. – Чем меньше ты накопаешь, тем больше врастешь в это дело.

– Если в условленный срок я не представлю никаких результатов, мне наверняка придется иметь дело с ее супружницей. Видишь ли, это однополая пара, – уточнил он. – И супружница – психол…

– Корморан, я перезвоню. – Не дожидаясь ответа, Робин прервала разговор и бросила мобильный на пассажирское сиденье.

"Из пиццерии только что вышел Хохолок, а за ним жена и сыновья. Улыбаясь и болтая, они направились к своей машине, припаркованной ярдах в пяти от ее «лендровера». Подпустив их на достаточное расстояние, Робин подняла фотокамеру и быстро отщелкала серию снимков.

К тому моменту, когда они поравнялись с «лендровером», камера уже лежала у нее на коленях, а сама Робин склонила голову над телефоном и сделала вид, что набирает сообщение. Глядя в зеркало заднего вида, она проследила, как Хохолок с семейством загрузились в машину и направились в сторону своей виллы.

В очередной раз зевнув, Робин позвонила Страйку.

– Все сделала, что собиралась? – спросил он.

– Угу. – Не отпуская телефона, Робин одной рукой проверяла сделанные фотографии. – Есть пара четких снимков его с сыновьями. Надо же, какая мощная наследственность. Все четверо детей – на одно лицо. – Она убрала фотоаппарат в сумку. – Ты понимаешь, что я сейчас нахожусь в двух часах езды от Сент-Моза?

– Пожалуй, в трех, – уточнил Страйк.

– Если хочешь…

– Не делать же тебе такой крюк, чтобы потом отсюда пилить в Лондон.

Но Робин почувствовала, что эта мысль его зацепила. Он добирался до Корнуолла по железной дороге, потом на такси и на пароме, так как после ампутации ноги долгие автомобильные поездки стали для него делом нелегким и малоприятным.

– Мне тоже хотелось бы побеседовать с этой Анной. А после, так и быть, подброшу тебя обратно.

– Если не шутишь, было бы здорово. – Страйк заметно приободрился.