Разговоры вертелись главным образом вокруг романтических отношений, потому что Ванесса пришла со сверкающим бриллиантовым кольцом на пальце. С того вечера Робин уклонялась от встреч и с первой, и со второй под предлогом двойного груза служебных обязанностей. Ей не давали покоя слова кузины Кэти: «Ты, похоже, движешься не туда, куда мы все, а в другую сторону», но еще, если честно, ей не улыбалось топтаться у стойки бара и в угоду подругам кокетничать с каким-нибудь пошляком вроде Морриса.

У них со Страйком уже были распределены обязанности в отношении тех фигурантов дела Бамборо, которых требовалось опросить повторно.

К сожалению, по меньшей мере четверо из доставшихся ей лиц уже были, как выяснилось, там, где нет ни бесед, ни допросов.

В результате тщательной проверки старых материалов дела с использованием перекрестных ссылок она смогла идентифицировать того самого Уилли Ломакса, который долгое время служил разнорабочим при церкви Святого Иакова в Кларкенуэлле. Он умер в восемьдесят девятом году, и Робин до сих пор так и не сумела выйти на кого-либо из его подтвержденных родственников.

"

"Альберт Шиммингс, хозяин цветочного магазина и возможный шофер превышавшего скорость фургона, замеченного в день исчезновения Марго, также скончался, но Робин по электронной почте направила запросы двум мужчинам, которые, по ее сведениям, приходились ему сыновьями. Она искренне надеялась, что не ошиблась в своих поисках и не заставила страхового агента и инструктора по вождению теряться в догадках.

Ни один пока не откликнулся на ее просьбу о встрече.

Вильма Бейлисс, работавшая в амбулатории уборщицей, умерла в две тысячи третьем году. Мать двоих сыновей и трех дочерей, она развелась с Джулзом Бейлиссом в семьдесят пятом. В конце жизни Вильма переквалифицировалась в социального работника; она достойно воспитала своих детей, из которых вышли архитектор, фельдшер, учитель, социальный работник (по примеру матери) и член муниципального совета от Лейбористской партии.

Один из сыновей переселился в Германию, но Робин не оставила его без внимания и включила во все рассылки. Ответов пока не было.

Дороти Оукден, работавшая в амбулатории секретарем-машинисткой, теперь, в возрасте девяноста одного года, проживала в доме престарелых на севере Лондона. Связаться с ее единственным сыном Карлом Робин еще не успела.

Между тем бывший возлюбленный Марго, Пол Сетчуэлл, и медрегистратор Глория Конти странным образом испарились.