Моё настроение из абсолютно прекрасного опускается до «в луже утопиться готова». Лучше бы розочки дома пересчитывать осталась.
Пока я горестно подвисаю, Филипп, несмотря на тактичный протест моих подруг, из плотного скопления тел, выуживает сотрудников заведения, для небольшой перестановки.
— Всегда мечтала за одним столом посидеть с мальчиками с зарплатой в сто штук, и в костюмах по четыреста тысяч, — с сарказмом произносит Наташа. Так вышло, что мы с ней друг друга понимаем, если одна из нас скажет «ну этот, в костюме за четыреста штук», значит речь о следаках из СК идет.
— Так на грани самоустранения…
— Это не важно, — взмахом руки меня прерывает. — Ну что за клещи, а? По тете Наташе же видно, — в воздухе проводит вдоль лица своего. — Общение не желательно. И козлина этот приедет ещё, куда ж без него. Ну, ничего, сейчас придумаем что — нибудь, — её решения меня порой пугают не меньше.
Двое парней нам освобождают стулья, оставаясь стоять за нашими спинами.
— Продолжали бы и дальше со своей красивой девочкой сидеть, — Ната не унимается. — Так нет же. Девица прямо хороша, — с лицом истинного ценителя говорит. Я тоже заметила. Куколка. На мой взгляд самая яркая среди присутствующих. Эффектное короткое платье, утонченные черты лица, очень милая.
— Зайка моя, я редко думаю о сексе других. Вообще пофигу кто с кем спит.
— Я бы с Вами не отказался, — раздается над самым моим ухом."
"Оборачиваюсь и вижу широченную улыбку того парня, чье место я заняла.
— Да, я бы тоже сама с собой не отказалась. Но увы, — пожимаю плечами и отворачиваюсь.
Пока он соображает, что мне ответить, допиваю коктейль, второй за сегодня, и поднимаюсь со стула, киваю смеющейся подруге, мол, пошли.
Мы успеваем только на диванчик усесться, место с одной стороны занимаю сумочками, чтобы никто не пристраивался близко. В следующее мгновение к нам присоединяются. Артём, Костя и Николя. На манеже всё те же. Первые двое явно не ожидают меня тут увидеть, судя но лицам, они удивлены так же как и я их не рада видеть, то есть очень. Артём переводит взгляд с меня на Филиппа и по роже последнего понимает, кто это организовал. Снова меня оглядывает, челюсть сжимается, желваки ходить начинают.
















Комментарии
Добавить комментарий