Там будет весьма специфически… К тому же на территорию тебя не пропустят.

Пытается спорить, к счастью не долго.

Прощаюсь со всеми. Константин поднимается.

— Давай я с тобой. Меня точно пропустят, — парень не предлагает, ставит в известность. Выглядит очень сосредоточенным.

— Кость, ты — то куда. Нас пока не вызывают, значит справляются, — ощущение, что парни знают что произошло.

Видимо так и есть, потому что адрес он у меня не спросил. Едет в верном направлении.

— Не обижайся, я просто не пил, — говорит мирно. Не то, что минут пятнадцать назад, когда ключи у меня забирал.

— Почему ты не пил? На свадьбе же. Вроде как всем весело.

— По тебе не сказать, что веселишься.

— У меня просто лицо такое, — говорю, завернувшись в пиджак Кирилла, в который он меня напоследок укутал.

— Хорошенькое, хоть и слегка недовольное, — подшучивает.

Это моя вечная боль. Я очень часто слышу «сделай лицо попроще», «улыбнись», «чего такая недовольная». А я довольная! Почему надо улыбаться постоянно, чтобы все поняли, что ты не стерлядь высокомерная?

Машин на объекте просто немерено. Я столько еще не видела.

Спустя минут десять узнаю, что я и трупов столько за раз не видела никогда.

— Офигеть, Василь, ты чего такая нарядная? — говорит один из оперов при видя меня. Стоят парни и курят беззаботно.

Мы стоим рядом с огромным домом загородным. Несколько гектар обнесены высоченным забором. Сижу на багажнике и переобуваюсь. Парни сказали на территории мокро. Сейчас узнаем почему.

Если обувь и «причандалы» я в багажнике катаю постоянно, то одежды подходящей у меня нет. Ехать за ней в город было бы слишком долго. Переобувшись почти что в галоши выпрямляюсь, вид у меня — сумасшедший.

Вечернее платье с открытой зоной декольте пиджак не скрывает, спасибо, что разрез не так виден. И прорезиненные тапки. Имеем то, что имеем. Только шлейф без каблуков совсем тут некстати. Беру зажимы для бумаг и подбираю его. Красотка, ничего не сказать.

— Алёнка, ты сегодня выходная была, — первое, что говорит руководство при виде меня.

— Главное во время ты это вспомнил.

— Если хочешь — езжай, — мужчина теряется.

— Ты серьезно? Вот так вот на свадьбу? — рукой, сверху вниз, обвожу свой прикид.

 — Нет уж, давай поработаем.

И мы работаем. Не могу объяснить, как так случилось, что судебная медицина затянула. Меня, несостоявшегося хирурга — кардиолога. Братьев у меня не было, поэтому все надежды отца были на меня возложены.

В какой — то момент отвлекаюсь и слышу, что один из взрослых мужчин говорит моему новому знакомому, что нашли они пару ему в командировку. Мужчины смотрят на меня. Ну да бог с ними. Мало ли о чем служивые говорят.

Очешуительно много работы. Мужчины не на шутку что — то делили.