Для меня были. Мой папа.

— Почему ты сейчас решил мне рассказать? — открывая рот давлю всхлип.

— Я вижу твои переживания, дочка. Это же из-за того парня, которым ты была увлечена?

Да что же это такое! Я и так как решето. Эмоции поглубже в себя забиваю. Того гляди рванет.

— Пап, давай мы не будем? Если я тебе расскажу, он тебе никогда не понравится.

— Ты планируешь нас познакомить? — нотки веселья в его голосе прорезаются.

Это кошмар! Не будь я в разрозненных чувствах, начала бы переживать на счет того, что несу. С одним отдыхать улетела, обсуждаю другого совсем.

Хорошие девочки себя так не ведут.

— Раз уж у нас день откровений, малыш. То давай начистоту. Я приму твой любой выбор. Постарайся ограничиться, пожалуйста, только одним человеком. Всё остальное мы с мамой поймем. Поверь, ты нас ничем не удивишь. Наша дочка привела когда-то домой жениха своей сестры. Боже, Алёна, как она плакала. Если бы не её слезы, прибил бы Бореньку вашего, — папа нервно смеется. — Я в тот момент думал, что тебя предаю. Свою маленькую сильную девочку. Тогда впервые я выбор в пользу Ани сделал. И спустя некоторое время пожалел.

Я даже знаю когда. Он прилетал, когда я в больнице лежала. Единственный раз, когда Богдан Анатольевич был бледным в реанимации."

"Всю дорогу до отеля говорим с ним по телефону. Он мне рассказывает какое фото ему больше понравилось. Просит ему прислать в хорошем качестве, смеется, мол, его тоже на доску почета повесит. Мой негатив по поводу поступка Кира слегка утихает. Сам того не ведая, папа в точку попал своим рассказом. Спас не одну, а сразу две жизни.

Глава 91

Вернувшись в номер и совершив гигиенические процедуры в постель забираюсь, предварительно достав из шкафа одеяло потеплей.

Потряхивает. Мы с папой всегда так, долго и муторно темы подобные не обсуждаем. Он дает мне время подумать, самой разобраться в чувствах. Позднее, если будет нужно, обсудим.

Мне не верится. Не верится в то, что он мог оставить маму надолго одну. В долгие командировки она всегда с ним летает. Всё свободное время, пусть его и не много, они проводят вдвоем. Последние годы, как Маркуша подрос стали путешествовать. Не прости она его, этого не было бы?

За этими мыслями я не только о косяке Кира забываю, но и засыпаю благополучно.

Но ненадолго. Человек — косяпор за плечо меня среди ночи трепать начинает, так и выпрашивает. Отмахиваюсь от него и на другой бок переворачиваюсь. Будя меня среди ночи, не стоит ожидать приветливости.

Кровать прогибается, он рядом ложится, обнимает меня через одеяло.

— Не вырывайся. Ты же знаешь, я без разрешения тебя не трону. Я соскучился. Зря ты не пошла, было весело.

Сквозь сон слова не совсем разбираю и тем более не понимаю их смысла.